всё будет хорошо. — Она наклонилась и прижалась лбом к лбу Пенни. — Я так рада за тебя. Это такой важный день. Ты будешь помнить об этом всю жизнь. Давай сделаем его идеальным.
Мне пришлось хихикнуть.
— А как насчёт меня, мама? Для меня тоже важный день.
Она ткнула в меня пальцем.
— Не такой же. Уж поверь мне. Это будет отличная ночь для тебя, я знаю. Чёрт, посмотри, кто у тебя будет первой! Но ты же мальчик. Ты не можешь понять.
Пенни сжала мамины руки.
— Ты уверена насчёт моей мамы? — нервно спросила она.
— Уверена, как ни в чём другом. Она это оценит. — Мама поднесла руки Пенни к губам и поцеловала их. — Точно так же, как мы с Гарольдом оценили тот маленький фильм, который ты для нас сняла. Боже, а он-то как оценил! Моя челюсть всё ещё болит сегодня утром.
Пенни мило покраснела. Она была очень светленькой, и когда она краснела, это озаряло её. Мне нравилось видеть, как она краснеет.
В дверь позвонили, и мама слезла с моих коленей.
— Открывай дверь, Джереми.
***
Я был в ужасе. Собирался "сорвать вишенку" Пенни и при этом впускал её маму в дом. Я открыл дверь.
— Миссис Бут, пожалуйста, проходите, дамы в гостиной.
Я провёл её в гостиную и увидел, как Пенни переместилась в центр дивана, а её мама заняла место по другую сторону от неё, напротив мамы.
— Джереми, принеси, пожалуйста, вино и бокал для Коллин.
Я выполнил просьбу, доставил напитки и наполнил все три бокала, пока они говорили о том, как давно это было.
— А теперь побудь у себя немного, — сказала мне мама. — Я позову тебя, когда мы будем готовы.
Я удалился в свою комнату к ноутбуку. Поскольку у меня было немного времени, я загрузил видео с камеры, очистил две записи с тётей Мари и записал каждую на свой DVD. Я также загрузил видео с семейным минетом Пенни и скопировал его на папин DVD, вместе с видеосообщением от тёти Мари. Просмотрел их, чтобы убедиться, что они будут воспроизводиться правильно, и стёр их с новой видеокамеры.
Я нервничал. Поскольку они мне не звонили, я решил быстро принять душ и привести себя в порядок. Я побрился, нанёс каплю одеколона и оделся небрежно — шорты цвета хаки и рубашка-поло.
И ждал.
Наконец мама поднялась наверх и позвала меня.
— Я так ревную, — ласково сказала она.
— Ты не должна. Ты была моей первой.
Она наклонилась и поцеловала меня.
— Наш маленький секрет. И одна из самых дорогих вещей в моей жизни.
У подножия лестницы она повернулась ко мне.
— Возьми себе пива, а потом присоединяйся к нам.
Я повернул к гаражу и через несколько секунд вошёл в гостиную с "Shiner Bock" в руке. Кресло рядом с Пенни было свободно, мама стояла рядом, потягивая вино. Я сел рядом с Пенни и взял её руку в свою.
— Всё в порядке?
Мама села мне на колени, что было как никогда странно, когда рядом была мама Пенни.
Пенни кивнула.
Миссис Бут смотрела на меня.
— Ты будешь с ней нежен. — Это было скорее утверждение, чем вопрос. Но всё равно страшно.
— Конечно. Я люблю её.
— Верно. Любишь. Ты покинешь её через три недели, — резко сказала миссис Бут.
— Мама, не надо! — резко сказала Пенни. — Не усложняй ситуацию.
Миссис Бут обняла свою дочь, прижав её к себе и повернув лицом к нам.
— Мне очень жаль, принцесса. Ты права. Вы встречались целый год, и он всегда был порядочным и уважительным. Я не буду создавать проблем. Я... я... я не могу выразить,
Перекрёсток