этими последними днями. Учись, пока ты молод, Джереми. Для вас двоих ещё не слишком поздно. Всё, что вам нужно сделать, — это сделать первый шаг. Пожалуйста, прими это от той, кто знает цену прощению. Она любит тебя, а ты любишь её. Не позволяй этому разрушить ваши отношения.
Я повернулся и притянул её к себе на колени. Я обнимал её до боли в руках.
— Ты нужна мне, тётя Мари. Не позволяй моим глупым ошибкам помешать нам, пожалуйста. Ты всегда была моей палочкой-выручалочкой. Всегда. Мне так жаль, что я всё испортил.
Она потёрлась лицом о моё плечо, и я почувствовал влагу её слёз.
— Не волнуйся за нас, Джереми. У нас всё будет хорошо. Мы с тобой оба это знаем. У нас будет достаточно времени для нас позже. А пока позаботься о Пенни. Бедная девочка очень расстроена.
Я поцеловал её долгим, мягким поцелуем, мою фантастическую женщину и лучшую подругу.
— Я собираюсь пойти туда. Прости, что я был таким упрямым.
Тётя Мари слезла с моих коленей и взяла меня за руку.
— Пойдём, время не ждёт.
— Уже поздно, — сказал я ей, когда часы на моём столе показывали почти 10:00.
— Поверь мне, она не спит. Иди.
Она проводила меня вниз, и я увидел, что мои родители сидят на диване и с тревогой наблюдают за мной. Я подошёл к ним, желая помириться и дома.
— Прости, папа. Ты прав. Как обычно. Тебе никогда не надоедало слышать это от меня?
Он криво усмехнулся.
— Не в этой жизни.
— Я собираюсь поговорить с Пенни. Посмотрим, смогу ли я исправить ситуацию. Спасибо, что пытаешься помочь мне вытащить голову из задницы.
Он кивнул.
— И тебе, мама. Спасибо. Прости за то, что было раньше.
— Я понимаю. Иди уже. Время уходит.
Я наклонился и быстро поцеловал её в щёку, затем повернулся и взял руку тёти Мари в свою. Мы подошли к двери, и я ещё раз поцеловал её, прежде чем направиться к выходу.
— Ты самая лучшая. Никогда не позволяй мне забыть об этом.
Я быстро обнял её в последний раз, прежде чем она вытолкала меня за дверь.
***
Мне пришлось трижды постучать в дверь, прежде чем кто-то ответил. Подняв глаза, я увидел, что отец Пенни хмурится на меня.
— Я знаю, что уже поздно, мистер Бут. Простите, что беспокою вас, но я хотел бы поговорить с Пенни, если можно.
— Разве это не может подождать до утра? — прорычал он. — Разве ты недостаточно сделал за последнее время?
— Думаю, будет лучше, если мы поговорим сегодня.
Он смотрел на меня несколько секунд, а затем отступил, чтобы открыть дверь.
— Кто там, Джо? — услышал я вопрос Коллин. Она посмотрела в мою сторону и мгновенно поднялась со стула. Она схватила меня за руку и потащила по коридору.
— Просто пообещай, что ты здесь не для того, чтобы усугубить ситуацию, — мягко сказала она.
— Надеюсь, что нет, — признался я.
Она постучала в дверь комнаты Пенни. Я услышал приглушённое «Войдите», и Коллин втолкнула меня в дверь.
Если я ожидал, что она бросится в мои объятия, плача и умоляя о прощении, то был жестоко разочарован. Её глаза были красными и опухшими, но я не увидел в них ничего, кроме гнева.
Я вспомнил слова тёти Мари и подумал, не пропустил ли я то самое окно.
Она ничего не сказала, видимо, ждала. Я взял страницу из книги тёти Мари — забрался на кровать и обхватил её руками, молча, просто обнимая.
Она сидела неподвижно, не шевелясь, и так продолжалось долго-долго. Я не спешил. Я позволил ей привыкнуть к моему присутствию, радуясь тому,
Забор