В этот момент дверь распахнулась, прервав всякий разговор.
— Мальчики, вы уже закончили? У нас есть несколько сэндвичей, прежде чем нам придется уехать, — сказала тетя Мари с порога.
— Только что закончили, — сказал я ей и направился к двери, Колин шел на шаг позади.
Через пятнадцать минут мы уже провожали их, погрузив вещи в машину. Тетя Мари удивила меня до смерти, крепко поцеловав после того, как Колин сел в машину с пассажирской стороны.
— Помни, что я сказала, — прошептала она. — Звони мне в любое время, когда у тебя возникнет желание.
Я придержал для нее дверь, наблюдая за ее голыми ногами, когда она садилась в машину. Я не мог не думать о том, к чему приведут эти сексуальные "штиблеты".
— Обязательно.
Мама подошла ко мне и по-хозяйски обняла за талию, пока мы махали друг другу на прощание.
— Что это было в конце?
— Она сказала, что если ты оставишь меня слишком возбужденным, я должен позвонить ей, — объяснил я, обхватывая ее за талию.
Она повернулась, и мы пошли обратно в дом.
— Боже, что мне делать с этой шлюшкой? Ты собираешься вести себя с ней хорошо?
Я закрыл за нами дверь и вложил свою руку в мамину.
— 100%. Мы говорили об этом, когда прощались. Мы оба согласились, что будем придерживаться правил, но она сказала, что будет работать над тобой, чтобы ты их изменила.
Я повернулся, чтобы заключить ее в объятия, но она остановила меня.
— Не спеши, ковбой. Прошлый вечер не означает, что ты можешь хватать меня, когда захочешь. Я все еще твоя мать, и ты должен проявить ко мне немного уважения.
— Мама, поверь мне, я проявлю к тебе столько ебучего уважения, что ты не сможешь ходить прямо.
Я был шокирован, когда она дала мне пощечину.
— Не говори со мной так! Я думала, ты понимаешь, что у нас есть правила. Мы не собираемся превращать дом твоего отца в какую-то кровосмесительную игровую площадку. Я этого не потерплю!
Я отступил от нее, смущенный и пристыженный.
— Прости. Я не хотел ничего плохого, я просто дразнился.
Она закрыла глаза и убрала волосы со лба.
— Черт. Все должно было быть не так. Послушай, Джереми, я устала, ворчу и немного запуталась. Я почти не спала прошлой ночью. Я собираюсь вздремнуть пару часов. — Она посмотрела на часы. — Давай я еще раз постираю, а потом разбуди меня в четыре, чтобы мы успели все уладить до прихода твоего отца.
Она прошла мимо меня и провела рукой по моей руке, прежде чем направиться в прачечную. Не доходя до нее, она обернулась.
— Если у тебя столько сил, почему бы тебе не убрать белье, не вымыть джип и не посмотреть, что можно сделать с этими холодильниками с мясом.
Черт. Я действительно влип.
Я складывал одежду, когда мама поднялась по лестнице. Было уже немного за двенадцать, она успела поспать несколько часов. А у меня был небольшой шанс вернуть ее расположение.
Или я мог просто позвонить тете Мари.
Я делал любую работу, какую только мог придумать: помогал со стиркой, убирал на кухне, опустошал джип и мыл его, делал все, что мог, с мясом свиньи.
Было уже почти четыре, когда я еще раз быстро принял душ, чтобы смыть с себя свиную вонь, и пошел будить маму.
Я открыл дверь в ее комнату, но она была мертва для всего мира.
— Мама? — тихо спросил я, не получив ответа.
Она выглядела такой красивой, такой расслабленной, что мне не хотелось ее будить. Я опустился на колени на кровать рядом с ней
Шведская тройка