нанести дезодорант и одеколон, все эти полезные вещи. Думаю, прошло еще не более 15 минут, когда я вошел в свою спальню, чтобы одеться.
Пенни лежала на моей кровати и ждала.
— Твоя мама сказала, что можно подождать тебя здесь, если ты не против. Она занимается выпечкой.
Я был голый, и мне было неловко стоять перед ней, в то время как она была полностью одета. Я уже собирался схватить свою одежду, когда она похлопала по кровати рядом с собой.
— Присоединяйся ко мне, Джереми. Нам нужно поговорить.
Если бы я ожидал большой сцены грязного секса, то был бы разочарован. Мы действительно поговорили. Поговорили о нашем будущем. О моем отъезде в колледж в трех часах езды отсюда. Пенни оставалась здесь, поступила в муниципальный колледж на первый курс, занималась математикой. Мы говорили о наших отношениях, о том, на каком этапе они находятся, о том, что означало лето, о том, что может ждать нас в будущем.
Но это были не одни разговоры. Я снял с нее блузку, и мы расслабились в объятиях друг друга, оба согласившись, что то, что у нас было — было прекрасно. Я признался, что надеялся на большее в плане близости, а она призналась, что сдерживалась, боясь, что ее осудят или даже бросят после того, как она уступит моим ухаживаниям.
— Мой минет ведь не был твоим первым? — спросила она, потянувшись вниз и лаская мой твердый член, который совершенно не понимал, что мы ведем очень серьезный разговор.
— Нет, но ты была лучшей, — сказал я ей.
Она хихикнула.
— Это кажется маловероятным. Я понятия не имела, что делаю.
Я поднял руку и зачесал ее волосы назад, а затем поцеловал ее в губы.
— Как говорит папа, отношение — это 90% работы, а с тобой это не похоже на то, что я тебя мучаю. Кажется, тебе это даже нравится.
Она обхватила рукой мой член, медленно поглаживая его.
— Так говорит твой папа, да? Странная у вас семейная дискуссия.
Я кивнул.
— Ты даже не представляешь. Мы всегда были довольно закрытыми. С тех пор как мы с папой начали охотиться вместе, все немного приоткрылось. В эти выходные все стены рухнули, и кажется, что нет ничего, о чем мы не могли бы поговорить.
Она подняла брови, а затем крепко сжала мой член.
— Так вот почему твоя мама так много знает о нашей личной жизни?
— Это, а также тот факт, что мама и папа видели фотографии на моем телефоне, — признался я, опасаясь железной хватки снизу.
— Господи, Джереми! Ты же обещал! — Она выглядела потрясенной.
— Я знаю. И мне очень жаль. Когда папа узнал об этом, он не мог дождаться, чтобы показать фотки маме. Они были так рады за нас. Поверь, я получил кучу дерьма на голову за то, что не проводил с тобой больше времени этим летом. Я просто был так озадачен тем, куда ведут наши отношения, ведь до больших перемен оставалось несколько недель. — Я притянул ее ближе и прижался к ее губам мягко, нежно, давая ей почувствовать, как я ее ценю. — Мама считает тебя самой лучшей. Ты единственная девушка, которую она позволила бы мне держать в своей комнате в таком виде. А папа считает, что я идиот, раз не ухаживаю надлежащим образом за столь великолепной девушкой.
Она застенчиво улыбнулась.
— Правда?
Я кивнул.
— Мама сравнивала фотографии с тем, как они делали это в первый раз. Это было довольно странно.
Она рассмеялась.
— Представляю себе. Я бы просто умерла, если бы моя мама рассказала о своем первом минете.
Рутинные развлечения