отошли всего метров на двадцать. Гвоздь немного успокоился и полез купаться.
– Уйдём отсюда, – предложила Юлька и потащила Матвея за рукав в противоположную сторону. – Отойдем подальше. А то они снова будут к нам приставать. Может, там дальше у реки ещё удобные брёвна есть?
– У меня идея получше. Я покажу тебе одно интересно место.
Они вместе пошли, вначале вдоль реки, а затем свернули в чащу леса. Когда река скрылась далеко за спиной, Юлька спросила опасливо:
– Тут безопасно?
– Конечно, деревня совсем рядом. Ты слышишь, как собаки лают?
– Надеюсь, ты меня тут не бросишь, – сказала Юлька, хватая крепко Матвея за руку. – А то я могу заблудиться в темноте.
– Я тебя не брошу, – сказал Матвей. – К тому же, тут негде заблудиться. Вон там шоссе. А там река. Реку не только видно, но и слышно. Просто поворачиваешься к ней спиной, идёшь несколько минут, и выходишь к шоссе. Вот и всё.
Они шли ещё минуту. А затем Матвей остановился.
– Мы на месте.
Юлька вгляделась в темноту. Ничего интересного не увидела. Но Матвей явно что-то знал. Он наклонился, крякнул и поднял большую крышку, покрытую травой. Отодвинул в сторону. Открылся проход вниз.
– Нифига себе, тайный бункер, что ли! – воскликнула Юлька.
– Ага. Это мы с друзьями землянку построили. Наше секретное место. Никто не знает. Только мы втроём. Я, Димка Барин и Валерка Шмель. Ну, и ты теперь тоже знаешь. Заходи в гости.
– Как тут только ногу не сломать!
Юлька взяла Матвея под руку, и они вместе стали спускаться по деревянным, довольно крутым ступенькам. А когда спустились, Матя потянул за веревку, и крышка вернулась на место. «Бункер» погрузился во тьму.
– Вообще-то ничего не видно, – прошептала Юлька. – Надеюсь, ты не маньяк?
Тут же раздался щелчок и зажегся яркий свет. На потолке висел фонарик, который выполнял функцию люстры. Теперь Юлька осмотрелась. Совсем небольшая землянка. По сути, прямоугольная яма в человеческий рост. Стены деревянные. Пол из гравия. Внутри три старых стула, которые явно собирались выбросить, прежде чем доставить сюда, стол, и даже место, где можно поваляться: несколько досок в углу, накрытых лохмотьями и старым одеялом, из которого местами выглядывала вата.
– Вы живете тут, что ли, со своими Шмелями?
– Нет, тусуемся тут иногда. Уже несколько лет как вырыли. До сих пор никто не узнал, – Матвей улыбнулся. – Весной землянку затапливает. Каждое лето приходится ремонтировать.
– А лежак зачем? Баб водить?
– Нет, это только для мужских посиделок. Бабам сюда нельзя.
– А что ж ты меня привёл?
– Так никто ведь не узнает. Ты утром уедешь в свой Хрюпинск, как будто тебя и не было.
– Это верно, – улыбнулась Юлька, усаживаясь на стул. – Ну, угощай тогда. Что тут у тебя есть?
– Пиво. Будешь?
– Давай. А курить тут можно?
– Можно. Только дым вон в ту трубу выдыхай. А то если сильно вонять будет, крышу придётся открывать.
Юлька закурила. Матвей достал пиво из тайника в земле. Бутылки, завернутые в увядающие зелёные листья. Здесь же нашелся швейцарский нож. Матвей открыл две бутылки. Одну протянул Юльке.
– Может, не тот напиток, которого ты заслуживаешь, но...
– А что же я, по-твоему, заслуживаю? – улыбнулась Юлька и отпила из горла.
– Не знаю, – пожал плечами Матвей. – Мартини? Шампанское? Или что там вы, красивые девушки, пьёте?
– Красивые? Ты меня клеить, что ли, удумал?
– Нет, зачем. Ты ведь утром уедешь. Вот если бы ты осталась, то я бы подумал.
Пошли в туалет!