шевельнуться — пригвождённая с трёх сторон, она только мычала, и звук уходил в член Сергея. Андрей навалился сверху, поймал её грудь, стиснул, перекатил сосок между пальцами.
— Соски, — простонала она, выпустив Сергея на миг. — Тяни за соски.
Андрей ущипнул, скрутил, потянул вверх — так, что грудь вытянулась конусом. Полина зашипела, но бёдра сами пошли навстречу, насаживаясь разом и на Димку снизу, и на Андрея сверху.
— Ещё, — выдохнула она. — Сильнее.
Он рванул сильнее, и крик её сорвался в горло, когда Сергей вошёл глубже. Андрей отпустил один сосок, сжал второй, растягивая, пока она не вскрикнула снова.
Димка просунул руку между их телами, нашёл клитор — твёрдый, налитой — и начал растирать его, грубо, без нежности, в такт своим толчкам.
— Чёрт! — выкрикнула Полина, на миг выпустив член Сергея. — Да... вот так...
Димка снизу чувствовал каждое её содрогание — спиной, лопатками, затылком; она сидела на нём прогнув спину, и он держал её за бёдра и насаживал на себя, снизу вверх, в тугую попку. Сверху, через тонкую перегородку, он ощущал каждый толчок Андрея — как они вдвоём заполняют её до отказа. Она дрожала на нём, как натянутая струна.
Он тёр клитор жёстче, быстрее. Полина задрожала, низ живота начал сокращаться в ритме, предвещающем оргазм.
— Я сейчас, — выдохнула она. — Я... о боже... не останавливайтесь...
— Кончай, — рыкнул Сергей засаживая до упора, замер у неё в горле.
Клитор растирали, члены растягивали ее, — и Полина кончила, забившись между тремя телами, с криком, сдавленным членом во рту. Стенки влагалища и ануса сжались разом; Димка зашипел снизу, Андрей выругался сквозь зубы, чувствуя, как её спазмы бьют ему в член через тонкую перегородку.
Несколько секунд никто не двигался, давая ей пережить разрядку. Полина обмякла, распласталась на Димке, дыхание рвалось всхлипами.
— Твою мать... — выдохнул Сергей сверху, выскользнув из её рта. — Какая же ты, когда кончаешь.
— Ещё, — выдохнула она, едва ворочая языком. — Не смейте останавливаться. Я хочу ещё. Пока не перестану соображать.
— Жадная, — выдохнул Андрей, и в голосе было восхищение. Он снова задвигался в ней сверху, Сергей подхватил у её рта, Димка — снизу, и её опять понесло. Второй раз подкрался быстрее: тело само стянуло в тугой узел, воздуха перестало хватать даже между членами. Полина забилась между ними, кончила опять — тише, длиннее, на одной протяжной ноте, — и обвисла на Димке, мокрая, дрожащая.
Андрей отстранился первым, тяжело дыша, держа себя в кулаке.
— Ещё чуть-чуть — и я в ней кончу, — выдохнул он. — Рано.
Полина с трудом подняла веки, облизнула губы, мокрые от слюны.
— Тогда — мне в рот, — прохрипела она. — Оба. А ты, Дим, не выходи. Кончи в попку.
Андрей вышел из киски — влажно, тяжело — и поднялся к её лицу, к Сергею. Димка остался в ней, снизу, и сразу задвигался жёстче, вбиваясь в попку короткими злыми толчками; от каждого её голова металась меж двух членов, застывшим у самых губ.
Сергей и Андрей встали над её запрокинутым лицом. Она поймала их по очереди — ртом, рукой, облизывая обе головки, смешивая на языке вкус масла и смазки.
Сергей наклонился, провёл пальцем по её губам, раздвигая их, втирая предэякулят в кожу.
— Смотри на меня, — сказал он.
Она подняла взгляд — глаза её были красными, затуманенными, но полными желания. Он скользнул членом по её щеке, по губам, оставляя влажный след.
— Открой рот шире.
Она подчинилась, выпустив член Андрея, и Сергей вошёл внутрь — глубоко, уверенно. Тут же Андрей вернулся, теперь они
Пока муж спит.