к офису сегодня оказалась длинной и очень трудной. Катя шла и думала только об одном — как бы не встретить мужа уборщицы. У самого офиса она увидела Хозяйку. Наталья стояла у входа, разговаривая по телефону, и Катя сначала обрадовалась, а потом глубоко вздохнула, собираясь с силами, и подошла.
— Здравствуйте, Хозяйка, — тихо сказала она. — Извините меня за вчерашнее...
Наталья оторвала телефон от уха, посмотрела на неё холодно и перебила, почти повысив голос:
— Привет. Хватит. Слышать не хочу твои извинения.
Она оглянулась, проверила, нет ли рядом посторонних. Её рука дрогнула — хотела дать пощёчину, Катя это видела. Но вокруг офиса везде камеры, и Наталья сдержалась. Только процедила сквозь зубы:
— Идём внутрь.
Они зашли в холл, поднялись на второй этаж. В пустом коридоре Наталья остановилась, повернулась к Кате в упор.
— Почему ты не скинула мне видео, которые я просила?
Катя опустила глаза, почувствовала, как к щекам приливает жар.
— Забыла...
— Забыла, значит, — повторила Наталья, и в голосе её зазвучала сталь. — Ничего, выпорю тебя — и память лучше станет.
Сказала это спокойно, почти буднично, как о чём-то само собой разумеющемся. Катя не посмела перечить. Только подумала: где? когда? И сразу же испугалась этих мыслей.
Когда они вышли с лифта на нужном этаже, их встретила Ольга Дмитриевна и позвала на небольшое совещание. Когда начальница провела короткую планерку, она сначала поговорила с Катей — как ей эти дни, нравится ли стажировка. Потом спросила и Наталью, как практикантка себя показывает. Наталья ответила ровно, деловито — всё хорошо, старательная, только дисциплины маловато..После планерки все разошлись по своим рабочим местам.
Почти час прошёл в тишине. Катя успела перебрать несколько дел, разобрать документы, ответить на пару писем под руководством Натальи.
— Катя, сходи по кофе», — сказала Хозяйка.
А потом телефон завибрировал и следом, сообщение «Иди в туалет. Жди меня там».
Катя подняла голову, встретилась на секунду взглядом с Натальей, быстро кивнула и встала. Взяла сумочку, сделала вид, что идёт к кофемашине, но у двери свернула в коридор. Коллеги — Зина и Лена — даже не подняли голов.
В туалете Катя подошла к окну, встала, глядя на улицу. Сердце колотилось где-то в горле. Через несколько минут дверь открылась, и вошла Наталья. На пороге она столкнулась с какой-то знакомой — та вышла, бросив короткое «привет». Наталья оглядела помещение.
— Тут есть кто-то ещё? — спросила она, не оборачиваясь.
— Нет, — тихо ответила Катя и покачала головой.
— Отлично, — Наталья повернулась к ней. — Снимай юбку. И дай мне свой ремень.
Катя начала выполнять. В голове пронеслась мысль — а если кто-то войдёт? А если увидят? — но она тут же поняла, что спрашивать бесполезно. Это ничего не изменит. Она спустила юбку, и положила её аккуратно на край раковины, сняла ремень с петель и протянула Хозяйке. Сама, не дожидаясь приказа, облокотилась о холодный кафельный подоконник, выгнув спину.
Удар пришёлся неожиданно — сильный, обжигающий, разрывающий кожу. Катя не успела даже вскрикнуть, только сжала зубы и выдохнула сквозь них.
— Ай...
— Следующие удары считай, — голос Натальи был ровным, почти спокойным. — Если собьёшься — начнём сначала. До двадцати.
Катя облизнула пересохшие губы. Двадцать — это много. Она это понимала. И Наталья понимала. Но она хотела, чтобы девочка запомнила эту порку. Не просто почувствовала — запомнила.
Первый удар. Второй. Третий.
Наталья не спешила, но и медленной не была. Каждый удар ложился ровно, с интервалом, который не давал опомниться, но и не заставлял ждать слишком долго. Кожа горела, ягодицы стали красными уже к десятому удару.
Мозг и член. Диалог по поводу