делала у остановки с этой девчонкой... разглядеть было трудно. Солнце слепило, и движения были не понятны. Но последнее он видел отчётливо — как Наталья провела пальцем по губам стажёрки, убирая что-то невидимое.
Он не вышел из машины. Не спросил. Просто опустил стекло обратно и уставился вперёд, на дорогу.
Девушки подошли к автомобилю. Наталья открыла заднюю дверь, жестом приглашая Катю садиться. Сама села на переднее сиденье, рядом с мужем.
— Привет, — сказала она, чмокнув его в щёку. — Устала очень. Катю подвезём?
Максим кивнул, не глядя на неё. Включил поворотник и выехал на дорогу.
Катя сидела сзади, прижавшись к двери, и смотрела в окно. Ей казалось, что Максим сейчас скажет что-нибудь — спросит, чем они занимались, почему так долго, что за странные позы. Но мужчина молчал. Только иногда поглядывал в зеркало заднего вида, и Катя каждый раз отводила взгляд.
В это время Наталья что-то рассказывала про то как прошёл, про начальницу, — она говорила ровно, спокойно, будто ничего не произошло. Катя слушала её голос и думала: он видел? Не видел? А если видел — что теперь будет?
Мысли путались, а на губах всё ещё оставался солоноватый привкус — напоминание о том, что случилось несколько минут назад. Она провела языком по губам, стирая его, и тут же поймала в зеркале взгляд Максима. Он быстро перевёл глаза на дорогу, но Катя успела заметить — он смотрел именно на неё.
После того как Катю высадили, машина тронулась дальше. Отъехав практически половину дороги молча Максим наконец заговорил.
— Что это было у вас возле офиса? — спросил он прямо, не глядя на жену. Голос был серьёзным, без тени обычной иронии. — С Катей?
Наташа внутренне сжалась, но постаралась не подать виду.
— Госпожа знает, что у вас с ней что-то есть? — продолжал Максим, и в его тоне сквозило любопытство, смешанное с чем-то ещё.
— Так ничего же не было, — попыталась оправдаться Наташа, чувствуя, как горят щёки.
Но в этот момент Максим улыбнулся. Улыбка была широкой, почти хищной.
— Да успокойся ты, — он хохотнул. — Это было очень горячо. Я засмотрелся.
Пока Наташа думала что ответить, продолжал, уже почти мечтательно:
— Чего ты такая перепуганная? Ты реально боишься Янку? Она безобидная. Всё понимает. Для неё это игра, как и для меня. Нам просто хорошо вместе.
Наташа смотрела на него, пытаясь выдавить из себя улыбку и придумать что-то разумное.
— Ну да... — сказала она наконец. — Только ты Янке всё равно не говори ничего, ладно? Она ревнивая у нас... очень.
Она произнесла это уже у подъезда, когда Максим остановил машину.
— Да я и не собирался, — ответил он, заглушая двигатель. — Если ты нас ближе с Катей познакомишь.
Внутри у Наташи загорелась обида-ревновсть — глухая, горячая, Она промолчала, только прошептала:
— Хорошо... Если ты будешь послушным. Эти три дня, пока Яна у родителей.
Она приблизилась к мужу, села на него сверху, чтобы не задавал лишних вопросов. В просторной машине места хватало, чтобы не стесняться.
— Ммм, я буду послушным, — выдохнул Максим, начиная отвечать на поцелуи.
Наташа руками расстегнула его ширинку, освобождая уже твёрдый член, пульсирующий и горячий.
— Я хочу тебя, — прошептала она, начиная тереться киской о член — сначала через ткань платья, но потом ловким движением отодвинула её в сторону, платье задралось, трусиков под ним не было. Она сначала немного потерлась о член, и начала насаживаться медленно, чувствуя, как головка входит в неё, как раздвигает влажные, горячие складки. Она была очень возбуждена — после порки, после того как Катя стояла на коленях у стены,
Уйти, убежать, улететь