Она подошла к стеллажу, вытянулась, встала на носочки, потянулась за папкой — и в этот момент зажимы сжались сильнее, заставив её закусить губу, чтобы не издать звука.
Она взяла папку, вернулась, положила перед Натальей. Та даже не подняла головы, только коротко кивнула.
— Ещё вон ту, с зелёной закладкой.
Катя снова пошла. И снова — те же ощущения: металл, пульсирующая боль, смешанная с предательским жаром, разливающимся по животу.
Зина и Лена сидели за своими столами и, казалось, занимались своими делами. Но Катя чувствовала на себе их взгляды — изучающие, любопытные, чуть насмешливые. Сначала они просто наблюдали. Потом Зина поднялась, подошла к Кате, когда та возилась с принтером, и, как бы случайно, коснулась её талии.
— Ой, извини, — сказала она, убирая руку. — Ты тут стояла, я не заметила.
Катя вздрогнула, но промолчала.
Через несколько минут Лена подошла с другой стороны, поправляя бумаги, и провела ладонью по бедру Кати, чуть приподнимая край юбки.
— А ты сегодня какая-то напряжённая, — заметила она. — Всё в порядке?
— Да, — выдавила Катя, стараясь не отшатнуться.
Зина подошла ближе, встала почти вплотную, заглянула через плечо.
— Что-то ты странно ходишь, — сказала она вполголоса. — Как будто у тебя что-то там...
Катя почувствовала, как к лицу приливает жар. Она не знала, что ответить, и просто отвернулась, делая вид, что ищет какой-то документ. Но Зина не отставала. Она снова коснулась её талии, чуть ниже, провела пальцами по бедру, почти дотрагиваясь до того места, где под тканью юбки скрывались зажимы.
— Тебе неудобно, да? — спросила Зина тихо, почти шёпотом, так, чтобы никто больше не слышал.
Катя замерла, не зная, как реагировать. Она не понимала — знает ли Зина наверняка или просто догадывается. И что ей ответить.
Лена в это время стояла с другой стороны, опершись на стол, и наблюдала за ними. Она не вмешивалась, но в глазах её был тот же интерес — холодный, оценивающий.
— Если хочешь, могу подсказать, как облегчить... — продолжила Зина, проводя пальцами по внутренней стороне бедра Кати, почти касаясь чувствительного места.
Катя дёрнулась, отступила на шаг, чувствуя, как зажимы сжались ещё сильнее при этом движении. Она закусила губу, чтобы не вскрикнуть.
— Спасибо, всё в порядке, — выдохнула она и быстро вернулась на своё место.
Зина усмехнулась, переглянулась с Леной. Этот короткий обмен взглядами не укрылся от Натальи. Она мгновенно оценила ситуацию — если на девушку надавят, коллеги быстро поймут, откуда у неё такие замашки. Чтобы хотя бы на время снять напряжение, Наталья сказала:
— Катя, а идём пить кофе.
По тону голоса Катя поняла — это был не вопрос. Она только кивнула, быстро поднялась и вышла следом за Хозяйкой в коридор.
— Идём в бутик рядом, — сказала Наталья уже на улице. — Приоденем тебя. А то девки тебя и меня раскусят очень быстро.
Катя поняла — Хозяйка явно не хотела, чтобы на работе о них знали. Хотя... сколько ещё осталось? Два дня. Всего два дня стажировки, и она закончится. При этой мысли Катя загрустила и покорно пошла за Натальей.
В бутике было светло и просторно. Ряды одежды, вешалки с блузками и платьями, стойки с джинсами. Наталья вошла во вкус быстро — она снимала с вешалок всё подряд, подавала Кате, говорила коротко: «Меряй», «Иди», «Покажи». Она оплатит нужную покупку, но сначала нужно найти то самое.
Катя меряла юбки — длиннее, чем та, что была на ней, и брюки. Зажимы между ног она не снимала — Наталья не разрешила. Каждая примерка, каждое движение, когда ткань натягивалась на бёдрах, отдавалась пульсирующей болью, заставлявшей её
Очередное путешествие