Немного смутившись, я решил быстро перескочить на другую тему.
Я: — Ты там про нюанс какой-то говорил?
Но собеседник как будто не заметил вопроса, продолжая похотливо рассматривать мое тело.
Виктор: — А обувь?
«Обувь... А обувь-то я и не смотрел, там вообще осталось что-то?»
Вернувшись к шкафу, я окинул его пространство быстрым взглядом и понял, что выбор особо не велик. Лучше всего к черному платью и черным колготкам подходили туфли-лодочки, но я никогда не пробовал ходить на каблуках.
Я: — Тут только каблуки.
Виктор: — Отличный выбор.
Я: — А будет удобно?
Надев туфли, я попытался выпрямиться и с удивлением обнаружил, что даже стоять в них сложно, не то что ходить.
Я: — Даже стоять трудно.
Но галантный кавалер протянул мне руку.
Виктор: — Ничего, я помогу.
Вложив ладонь в руку мужчины, я почувствовал, как по руке в сторону спины пробежал не то холодок, не то какой-то импульс, который, переходя с руки на тело, заставил его вздрогнуть.
Странное ощущение. Ножки напряглись, я, считай, стою на носочках, отчего в поисках стабилизации включились те мышцы, которые раньше я не замечал. Икры и ягодицы напряглись, лопатки свелись и расправили плечи, подбородок поднялся.
Виктор: — Краситься будешь?
«Краситься?»
Легкий сумбур в голове.
«Конечно, по идее, надо бы, только я не умею...»
Я: — Вот еще.
Виктор: — Был бы ТОПчик, естественно, для маскировки.
Я и так уже был достаточно смущен обстановкой, поэтому капелька дополнительного покраснения сильно не изменила ситуацию.
Я: — Ты считаешь?
Виктор: — Ну, хоть губки.
В голове началась борьба: мне хотелось взглянуть на себя с макияжем, но признаться в этом я боялся. Взяв помаду и повторив мамин ритуал (натянув губы, провел по ним помадой, а затем потер их друг о друга), решил снова сменить тему, не зная, как продолжить этот разговор.
Я: — Так что за нюанс, ты так и не ответил.
Виктор: — А, нюанс. Нюанс в том, что мы бухие.
Всю эйфорию как ветром сдуло. Как будто, пытаясь запрыгнуть в последний вагон, я уточнил, можем ли мы не выезжать на дорогу, хотя, по правде, мне хватило бы сейчас просто посидеть за рулем. Но Виктор явно не хотел идти на парковку.
Я: — Ну пожалуйста, зачем я маскарад этот устроил, еще и губы накрасил?
Виктор: — Фу, аж уши режет, давай ты пока прикидываешься девушкой, будешь и говорить от имени девушки.
Это как будто удар под дых. Какому парню захочется себя так называть. Но мне хотелось получить от этого мужика согласие, и я плюнул на свою гордость.
Я: — Накрасила...
Виктор: — Давай завтра, по-трезвому я обязательно тебя поучу.
Я: — Обещаешь?
Виктор: — Конечно.
Я: — И что, мне обратно раздеваться?
Виктор: — Зачем? Потренируйся входить в образ. Да и мне приятней будет. Я про минетик, ты поняла?
Я почувствовал, как мою холку сковал мороз. Попробовав стукнуть нахала, получился скорее шлепок ладошкой по мужскому плечу. Со стороны это выглядело излишне женственным.
Я: — Нахал.
Я еще больше впал в ступор. Мне прямо заявляют о планах, а я даже возмутиться не могу. Даже больше, мое сознание воспринимает информацию как порочную, и мне становится не по себе. Я столько раз видел подобные ролики, что четкая картинка этого действия буквально замигала в голове, отчего температура возбуждения стремительно поползла вверх.
«Да что за фигня? Меня заставляют называть себя в женском роде, говорят, что трахнут в рот, и я должен кипеть от злости, а я возбуждаюсь как шлюшка. Наверное, это все из-за либидо. Я просто очень хочу секса, поэтому, когда речь заходит о нем, меня и начинает распирать от желания».
Поездка в Петропавловск