— Да никто не говорит. Ты как себе секс вообще представляешь? Трахаетесь и болтаете?
По моему смущению Виктор понял, что я в этом вопросе профан.
Виктор: — Обычно все не так. Если не знаешь предпочтения подружки, просто ставишь раком, начинаешь гладить колечко, и если она не возмущается, продолжаешь.
Я: — И с ними так же?
Виктор: — Нет, с ними не так же. Я прекрасно знаю их предпочтения.
Я: — А как?
Виктор: — Слушай, ты меня утомила, любопытная Варвара.
Я: — Тебе что, трудно рассказать?
Виктор: — Я не пойму... Речь ведь идет о твоей маме и подруге, которую ты считал девушкой. Я бы не хотел слушать, как их трахают.
Я: — Если ты не будешь каждый раз говорить «твоя мамка» и «твоя девушка», то, наверное, мне легче будет слушать.
Виктор: — Но слушать ты хочешь?
Я немного замялся с ответом.
«Действительно странно, что я хочу узнать подробности. Хотя в любом фильме, если герой узнавал про измену, всегда задавал вопрос: „Ну и как это было? Или когда? Или где?“»
Видимо, видя мой интерес, прикрытый смущением, Виктор решил взять ситуацию в свои руки.
Виктор: — Давай, я отвечу на любые твои вопросы, но ты при этом будешь вот тут сидеть, широко открыв рот.
«Вот сучара. Видит, что тема мне интересна, и начинает строить условия».
Виктор: — Согласна?
Покусывая губы, я пытался понять, действительно ли я так сильно хочу услышать ответы на свои вопросы.
Виктор: — Ну, говори.
Я: — Да.
Виктор: — Что, да?
Я: — Я согласна.
Виктор: — Давай еще разок, поотчетливей.
«Мудак».
Я: — Я согласна.
Почему-то в этот раз слова произносились легче.
Виктор: — Садись.
Даже сейчас меня больше всего волновало отражение.
«Как лучше сесть? Лицом к зеркалу, он своей жопой мне закроет вид, а если боком — тоже ничего не увижу».
Видя, как я мнусь, поглядывая на зеркало, мужчина взял меня за руку и начал усаживать в торце кровати.
Виктор: — Не переживай, милая, я позволю тебе наслаждаться зрелищем.
Меня аж передернуло от этих слов.
Виктор: — Думаешь, незаметно, что ты постоянно косишься в отражение? У каждого есть свои заморочки.
Я сел на пол уперся затылком в спинку кровати и открыл рот. Мужчина встал сбоку, давая возможность наблюдать, как он вкладывает свой орган в мой ротик.
Виктор: — Ну что, извращенка, хочешь послушать, как я твою подружку трахаю?
Виктор сделал пару оборотов членом вокруг рта и постучал им по моему носу.
Я: — Да какая она мне подружка, проблядь.
Я заочно обозвал девушку, но в груди все сжалось. Видимо, мне недостаточно знать, что ее трахают все подряд, чтобы перестать испытывать к ней чувства.
Странно, член у рта уже не казался чем-то аномальным. Я спокойно рассматривал его форму, вены и, заметив капельку выделений, тут же слизал ее и растер по небу.
«Этот странный, ни на что не похожий вкус».
Виктор продолжил повествование.
Виктор: — Они обе пользуются аксессуарами. Проблядь с некоторых пор всегда на наши гулянки приходит с пробкой в попке.
Я на секунду оторвал губы от головки.
Я: — Зачем?
Виктор: — Затем, что она в нее очень легко дает. Мне кажется, она фистингом балуется. После слова «фистинг» моя голова закружилась.
Я видел ролики, в которых девочки удовлетворяли себя рукой, но, представив Лену на их месте, меня начало потряхивать.
Девушка, которую я считал целомудренной, оказалась порочной до уровня фистинга анала. От всплеска чувств я всосался в колом стоящую плоть.
Виктор: — Ух ты. Вот как это работает? Ладно.
Мужчина скинул с себя рубашку.
Виктор: — Хочешь послушать, с каких пор она носит пробку?
Мне кажется, даже если он услышит «нет», все равно продолжит.
Виктор: — Как-то раз заспорили, приедет ли она на явный тройничок. Прямо текстом
Маскарад. Ночь ведьм.Начало