Я закрывала глаза и поворачивалась к нему всем телом, мои все еще маленькие, но твердые, стоячие соски прижимались к его груди. Когда он усиливал давление, мои бедра начинали двигаться навстречу его руке, пока успокаивающее тепло не разливалось по мне мягкими, дрожащими волнами. Когда я успокаивалась и снова могла заснуть, Грэнди нежно целовал меня в губы, прежде чем покинуть мою кровать и тихо вернуться в свою комнату.
Возможно, из-за моего воспитания и той связи, которая всегда существовала между нами, я никогда не считала его поведение странным или неправильным; это был просто мой любимый Гранди, проявлявший ко мне любовь и заботу, и в своем одиночестве я приветствовала его близость и интимность.
********************************
Чуть более двух лет назад мой дедушка, Грэнди, попал в автомобильную аварию, в результате которой получил незначительные травмы, но также впал в кому, которая длилась три дня. Кома была вызвана травмой головного мозга, полученной во время аварии. Хотя физические травмы зажили без проблем, после аварии мне показалось, что дедушка как-то изменился. Мой дедушка, казалось, превратился из порой властного, но всегда внимательного и любящего человека в часто агрессивного, эгоцентричного человека, для которого личные потребности и физические желания стоят на первом месте.
После аварии, по мере того как он физически окреп, росло и его «внимание» ко мне. Больше всего тревожило то, что изменения в его характере проявились в сексуальной активности, которая становилась всё более частой и интенсивной. Повседневная близость с Гранди, дедушкины объятия, поцелуи и ласки, которые заставляли меня чувствовать себя особенной, вскоре переросли в более откровенные прикосновения и желания.
Хотя одержимость Грэнди, казалось, была направлена на меня и хотя это вызывало беспокойство, я не думаю, что когда-либо по-настоящему боялась чего-либо из того, что он делал. Возможно, удивлялась и интересовалась, но я не думаю, что когда-либо боялась его. Я просто хотела помочь ему и угодить ему любым способом.
*****
Хотя мне тогда было трудно это признать, я начала чувствовать, что мой дедушка, некогда уверенный в моей покорности ему и в моем неохотном желании делать все, что он захочет, постепенно начал подсознательно готовить меня к тому, что в конечном итоге произойдет.
Помню, как иногда я заставала его сидящим на балконе в кресле поздним вечером или перед камином ранним вечером и он приглашал меня сесть ему на колени. Сколько себя помню, ему всегда нравилось «играть» со мной, когда я сидела у него на коленях. Я невинно прижималась к нему, положив голову ему на плечо, пока мы разговаривали, но однажды после его аварии он просунул руку мне под блузку и начал массировать мою грудь, как будто это было самым естественным делом на свете. Чередуя массаж с одной груди на другую, он щипал мои соски и катал их между пальцами, пока они не становились твердыми и натянутыми.
Грэнди, тихонько успокаивая меня, расстегивал мою блузку и снимал её с плеч. При этом я чувствовала твёрдость его эрекции подо мной, когда он всё больше возбуждался и тёплую влажность его рта, когда он сосал мою грудь.
*****
«Ооо, как приятно», — импульсивно сказала я однажды вечером после ужина, сидя у него на коленях.
«Раздвинь ноги для меня, Сара», — сказал он тихим, шепчущим голосом, начиная опускать руку между моих ног.
Я не хотела его расстраивать... и поэтому сделала, как он просил. Грэнди медленно просунул пальцы мне в трусики и неторопливо ласкал мой клитор, пока мы смотрели фильм; ни один из нас не произнес ни слова.
Было очевидно, что мне нравилось, как он меня касался. В его объятиях я всегда чувствовала себя такой расслабленной и
как я стал мужчиной