на публике. Мои соски очень чувствительны и легко возбуждаются, и мужчины, видя мои твердые, стоячие соски, отпускали приглушенные комментарии, которые возбуждали дедушку. Люди часто откровенно пялились на нас, даже не подозревая, что это мой дедушка, завидуя и возбуждаясь от образа и мысли о том, как старик прикасается к молодой девушке таким откровенно сексуальным образом.
После этих прогулок, когда мы возвращались домой, Грэнди хотел получить удовлетворение. Будь то ласка и сосание моей груди, мастурбация, оральный секс или оргазм между моих ног, только после этого он успокаивался и возвращался к своему прежнему состоянию.
В течение первого месяца после выписки из больницы я начала встречаться с врачом дедушки, доктором Уильямсоном, каждые несколько недель, чтобы обсудить физическое выздоровление моего дедушки, а также мои опасения по поводу эмоциональных и психологических изменений, которые становились все более очевидными.
Я никогда не забуду тот день, когда доктор Уильямсон сидел и слушал меня, не перебивая, за исключением вопросов, уточнений и редких просьб о разъяснении. В последнее время я испытывала сильное давление и тревогу, и в какой-то момент, помню, я начала плакать, когда доктор Уильямсон встал из-за своего стола и сел рядом со мной на свой небольшой диванчик в кабинете.
Взяв мою руку в свою, он начал: «Сара, как ты знаешь, твой дедушка получил черепно-мозговую травму в результате несчастного случая в начале года, — наконец сказал он. — Пациенты, пережившие подобную травму, как твой дедушка, могут испытывать различные изменения: физические, эмоциональные, когнитивные, физиологические и поведенческие, — это лишь некоторые из наиболее распространенных. Судя по тому, что ты рассказала, похоже, он получил повреждение той части мозга, которая контролирует сексуальную функцию. Секс — неотъемлемая часть человеческого развития и существования; следовательно, его значение в нашей повседневной жизни является жизненно важной частью того, кто мы есть».
Я молча кивнула в знак понимания.
«Травма головного мозга вашего дедушки проявилась в повышенном сексуальном интересе... к вам. Вполне возможно, что он долгое время испытывал к вам сексуальное влечение, но никогда не воплощал эти импульсы в жизнь. Из-за общественных норм, нравов и условностей эти чувства и желания были сублимированы, как и у большинства членов общества. Состояние вашего дедушки ослабило те фильтры, которые ранее контролировали этот аспект его сексуального поведения».
Доктор Уильямсон продолжил:
«Эти изменения также могут проявляться в отсутствии стеснения, а также в повышенной сексуальной агрессивности. Вы можете обнаружить, что вашему дедушке трудно контролировать свое сексуальное поведение, а также он может делать неуместные сексуальные предложения в ваш адрес. Он также может не чувствовать удовлетворения после полового акта, что, вероятно, объясняет его потребность в частых сексуальных контактах, чтобы хотеть секса чаще.
Судя по всему, он не применяет насилие или жестокость по отношению к вам и это хорошо, хотя я понимаю ваши опасения по поводу того, что его иногда трудно контролировать, когда он возбужден. Поскольку он, кажется, сосредоточен исключительно на интимности с вами, я подозреваю, что в какой-то момент он захочет и потребует более интимного сексуального взаимодействия с вами... выражаясь менее деликатно, он захочет полового акта с вами, Сара. Вам нужно понимать, что он может видеть в вас сексуального партнера, а не свою внучку. В сексуальном плане, как мужчина, это будет сильное первобытное желание, которое он захочет удовлетворить».
*****
В тот день я вышла из кабинета доктора Уильямсона, чувствуя себя растерянной, измученной и, возможно, даже немного испуганной всей этой неприятной ситуацией. «Почему это происходит со мной... с Грэнди?» — прошептала я, чувствуя себя униженной и злой, не на него, а на себя.
Грэнди, возможно, не понимал рационально, что делает, но я понимала
Похоть жеребца