взгляд стал чуть тяжелее, сосредоточеннее. Бытовые интонации начали исчезать. — Я чувствую... что я готова. Что я устала от себя, — тихо ответила Алиса. Ее пальцы сжали край стола. — Ты помнишь правила? — спросила Ирина, снимая очки. Ее голос тоже изменился, в нем появилась та самая сталь, которой Алиса ждала весь день. — Да. Стоп-слово — «Янтарь». Если я его говорю, мы останавливаемся. Без обид, без вопросов, без последствий. — Отлично, — Виктор кивнул. — А теперь иди в гостевую спальню. Раздевайся полностью. Оставь только то, что мы обсудили в чате. Мы скоро придем.
Глава 3. Вторая кожа и отключение мира
Гостевая спальня отличалась от остальной квартиры. Здесь не было тяжелых цепей, клеток или кровавых эстетик — все было скрыто, эстетично и дорого. Стены были затянуты темным, звукопоглощающим бархатом. В центре стоял широкий, низкий подиум, обитый черной, матовой кожей. Воздух здесь был густым, пахло сандалом и легкой, едва уловимой ноткой силиконовой смазки.
Алиса разделась. Ее тело, молодое и упругое, дрожало от прохладного воздуха и предвкушения. На кровати лежал сверток. Это был ее главный фетиш — латекс. Материал, который не дышит, который сжимает, который превращает тело в статую, в куклу.
Она начала надевать облегающий комбинезон без рукавов, с высокой горловиной и открытой спиной. Материал сопротивлялся, требуя терпения. Алиса нанесла на кожу тонкий слой специального лубриканта и начала натягивать черную, блестящую вторую кожу. Латекс обхватил ее бедра, талию, грудь. Он сжал ее, создавая ощущение постоянного, плотного, почти удушающего объятия. Каждый ее вдох теперь требовал усилия, каждый микродвижение сопровождалось тихим, дразнящим скрипом. Она чувствовала себя закованной, изолированной от тактильного мира, и это сводило ее с ума.
Дверь тихо открылась. Вошли Виктор и Ирина. Они уже были в другой ипостаси. На Викторе была черная шелковая рубашка. Ирина надела тонкие черные перчатки из лайкры.
— Ты выглядишь потрясающе, — произнес Виктор. — Но тебе не хватает одного штриха.
Ирина подошла сзади. В ее руках была плотная, многослойная шелковая маска. — Зрение забирает слишком много энергии, — прошептала Ирина ей на ухо. — Ты будешь смотреть внутрь себя. Ты будешь чувствовать только нас.
Маска закрыла глаза. Мир исчез. Алиса ахнула, когда вестибулярный аппарат потерял привычные ориентиры. Она пошатнулась, но чьи-то сильные руки тут же подхватили ее под локти. Это был Виктор. — Веди ее, — тихо сказал он Ирине.
Ирина взяла Алису за руку, проводя ее через комнату. Алиса шла на ощупь, слыша, как скрипит ее собственный латекс, как тяжело дышит Виктор рядом. Ее привели к кожаному подиуму. — На колени, — скомандовал Виктор.
Алиса опустилась. Колени утопали в мягком ворсе ковра. Она была слепой, закованной в резину, совершенно беспомощной.
Глава 4. Ритуал и вкус подчинения
Они выстроились вокруг нее, создавая идеальный треугольник власти. Виктор сел на край подиума прямо перед ней. Ирина встала за спиной Алисы, ее руки в лайкре легли на ее обнаженные плечи, большие пальцы начали медленно, с давящей силой разминать напряженные мышцы шеи.
— Твоя задача сегодня, Алиса, — голос Виктора звучал прямо перед ее лицом, совсем близко, — забыть, кто ты. Ты не студентка. Ты не именинница. Ты — сосуд для нашего удовольствия. Твой рот, твое тело, твое дыхание принадлежат нам. Начни.
Алиса послушно наклонилась вперед. Она не видела его, но чувствовала жар его тела, чувствовала его дорогой, тяжелый парфюм с нотками кедра и табака. Ее руки, скользкие от латекса, нащупали его бедра. Она расстегнула молнию.
Когда ее губы наконец коснулись его, Виктор тихо, но властно выдохнул. Его руки тут же оказались в ее волосах,
Моя " вторая мама" часть 5