член. Под халатом он стоял колом, болезненно упираясь в ткань.
«Блядь, как же я её хочу...» — думал я, вспоминая, как Елена, её почти точная копия, сама насадживалась на меня в машине и на работе. Теперь Вика лежала передо мной почти голая, и это сводило с ума. Я представлял, как встаю, снимаю с неё последние трусики и вхожу сзади прямо здесь, в этой бане.
Паша продолжал работать, разминая её поясницу и бока. Вика иногда тихо постанывала от удовольствия, закрывая глаза. Каждый её стон отдавался у меня в паху.
— Хорошо... именно там, — прошептала она, когда Паша нашёл особенно напряжённый участок.
Я сжал челюсти. Член пульсировал. Мне хотелось быть на месте Паши. Хотелось трогать её, мять эту шикарную попу, которую я так долго желал.
Когда Вика встала, довольная и расслабленная, Паша перевёл взгляд на Катю.
— Теперь ты, Катюш. Не бойся, я аккуратно.
Катя долго краснела и отказывалась, но под уговорами всё-таки легла на живот, оставшись в полном купальнике.
Паша начал профессионально, но довольно быстро его руки стали смелее. Он широко раздвинул ей ноги, объясняя это «работой с внутренними мышцами бёдер». Катя тихо постанывала. А потом Паша, сославшись на сильную жару, спокойно стянул с себя плавки и откинул их в сторону.
— Всё равно не я массаж получаю, — ухмыльнулся он. — Так намного удобнее.
Его длинный, тонкий член уже полностью стоял. Я заметил, как Паша специально придвигается ближе. Головка его члена то и дело «случайно» упиралась в тонкую ткань трусиков Кати прямо между ног, будто пытаясь продавить преграду. Он медленно двигал бёдрами, делая вид, что просто разминает ягодицы.
Катя дышала тяжело, её щёки горели. Красная ткань купальника между ног стала заметно мокрой.
— Катюш, ты вся зажатая... Артём тебя совсем не расслабляет? — тихо посмеивался Паша, особенно старательно массируя её попу, где ещё виднелись мои вчерашние синяки от ремня.
Вика уже не улыбалась. Она молча и очень внимательно наблюдала за мужем.
В какой-то момент она резко встала:
— Всё, с меня хватит.
И вышла из бани, громко хлопнув дверью.
Я встал почти сразу и пошёл следом. Только я открыл дверь, как из бани позади меня донёсся громкий, протяжный женский стон — явно Катин. Я резко обернулся.
Паша уже полностью опустился на руки над Катей, его бёдра ритмично двигались. Катя лежала под ним, ноги широко раздвинуты. Мне показалось, что его член действительно входит в неё. Сердце на секунду остановилось.
«Нет... не может быть. Это пар, жара, мне просто показалось», — подумал я и быстро вышел, закрыв за собой дверь.
Я вышел следом через минуту. На улице было прохладно. Я прошёл мимо качелей к озеру и услышал, как из бани донёсся приглушённый, протяжный женский стон. Я замер. Сердце ёкнуло. Но потом стон затих, и я решил, что мне просто показалось.
Вика сидела на траве у самой воды.
— Вика... — тихо позвал я.
Она повернулась. Мы сели рядом. Сначала говорили о Паше, о том, как он иногда переигрывает со своими «шутками». Разговор постепенно становился всё глубже и честнее.
— Знаешь, иногда мне кажется, что мы просто играем в идеальную семью, — тихо сказала она, глядя на тёмную воду. — На людях всё красиво, а на самом деле...
— А на самом деле? — спросил я.
Она пожала плечами.
— На самом деле у всех есть свои секреты. И свои желания, которые мы боимся признать.
Я посмотрел на неё. В лунном свете она выглядела невероятно красиво. Я коснулся её руки, потом плеча. Она не отстранилась.
— Артём... — прошептала она, когда я наклонился ближе.
Как я стал Никой