лишь ваша игрушка! Я радуюсь, когда госпоже хорошо! Я готова на всё для этого!
— Это хорошо, — Лика подалась вперед погладила её по голове. — Ревность — непозволительное свинство в наших отношениях. А будешь ли ты рада, — она подставила вторую ногу, позволяя рабыне целовать её икру, — если я подарю тебя ей?
Рабыня подняла голову, и в её глазах мелькнуло что-то, что было трудно прочитать. Удивление? Обида? Сожаление?
— Я наскучила своей госпоже?
— Наоборот, — Лика качнула головой и чуть раздвинула ноги, открывая взгляду отсутствие белья. — Я хочу поделиться тобой, потому что считаю, что ты идеальный кандидат, чтобы научить её основам. Как наслаждаться болью, как унижать, чтобы доставить удовольствие. — Она откинулась на спинку кресла, приглашающе раздвинув ноги. — Я хочу сделать хороший подарок своей...
— Возлюбленной? — Рабыня склонилась к промежности Лики и начала целовать её — сначала нежно, почти благоговейно. Покрывая поцелуями лобок и внутреннюю часть бедер. А потом проникла ртом к влажной щелочке госпожи.
— Да, сука! — выдохнула Лика, и в этом выдохе смешались и ответ на вопрос, и одобрение действий рабыни. — Поработай язычком!
Рабыня подчинилась с готовностью. Её язык скользил по влажным губкам, обводя клитор круговыми движениями, проникая глубже внутрь, чтобы собрать капли возбуждения, которые уже начали выступать. Она работала усердно, ритмично, с отчаянной одержимостью. Её руки гладили бёдра Лики, пальцы впивались в кожу, оставляя лёгкие следы. Она пила её, глотая влагу. И с каждым движением языка стоны Лики становились все громче. Воздух в комнате наполнился сладковатым запахом секса и возбуждения.
Лика чувствовала, как напряжение нарастает, как тело начинает поддаваться приближающемуся оргазму. Её дыхание стало чаще, пальцы вцепились в подлокотники кресла, голова запрокинулась. Ещё немного — и она взорвётся.
Но в самый последний момент, когда спазмы уже начали пробегать по телу, Лика резко схватила рабыню за волосы и оторвала её от себя. Та вскрикнула — коротко, от неожиданности, — и замерла, глядя на Лику снизу вверх.
Лика смотрела на неё в упор, тяжело дыша. Её глаза горели возбуждением, пальцы до боли сжимали волосы рабыни, а в голосе её звучала сталь.
— Ты должна понравиться ей, мразь! Ты поняла?
— Да, госпожа! — Рабыня смотрела на неё с затуманенным взором, вся дрожа от неудовлетворённого желания, но в её голосе звучала бесконечная преданность. — Я буду лучшей сукой! Лишь бы госпожа была довольна мной!
Лика чуть улыбнулась. Она отпустила её волосы и ласково погладила по щеке. А потом коротко, без запаха отвесила рабыне пощёчину. Ты вскинула от боли и удовольствия. Лика снова взяла рабыню за волосы повернув её лицо к себе. Потянула, заставив запрокинуть голову. Она наслаждалась унижением и беспомощьностю женщины.
Рабыня дрожала от удовольствия. Её дыхание было частым и возбуждённым, рот приоткрыт, а глаза закатывались от удовольствия. Лика презрительно усмехнулась и плюнула ей в лицо. Слюна оставила влажный след на щеке рабыни. Та не шелохнулась, только чуть прикрыла глаза, подставляя лицо для большего. Лика плюнула ещё раз и потянула рабыню за волосы к себе.
— Вылизывай меня, сука! — приказала Лика и снова вжала её лицо в свою промежность.
На этот раз рабыня не сдерживалась. Она буквально вгрызалась в плоть Лики с удвоенной страстью — языком, губами, даже зубами, чуть прикусывая, когда напряжение становилось невыносимым. Соки текли по её подбородку, и она слизывала их, втягивала в себя, и каждый глоток разжигал в ней огонь. Лика чувствовала, как её тело выгибается навстречу, как мышцы сжимаются в преддверии взрыва. И когда он наступил — сильный, долгий, сотрясающий всё её
Не стреляй. Часть 2. (16 из 21). Ната, Антон, Леша