улыбками, с подмигиваниями. Я скидывал ей видео групповух — где одну женщину трахают пятеро, шестеро, семеро мужиков. Где её передают по кругу, заливают спермой, называют грязными словами. Она смотрела и отвечала:
«Вот кому-то повезло...»
«Шлюшка, а ты тоже так хотела бы?» — написал я однажды вечером.
«Да, очень)» — ответила она через минуту.
Я чуть не кончил прямо в штаны. Моя мама только что призналась незнакомому мужику из интернета, что хочет, чтобы её трахали толпой.
Дальше — больше. Я писал ей грубые вещи, которые никогда не сказал бы в лицо:
«Ты — шлюха. Ты создана, чтобы тебя ебали. Твои сиськи созданы, чтобы их мяли. Твоя жопа создана, чтобы по ней шлёпали. Ты хочешь, чтобы тебя поставили раком и выдрали во все дырки.»
Она отвечала: «Да... хочу...»
«Ты хочешь, чтобы тебя кормили спермой? Чтобы твой рот был полон?»
«Да... очень хочу...»
«Ты — блядина. Грязная, похотливая сука. Ты готова на всё ради члена.»
«Да... я такая...»
Я дрочил на эти переписки. Каждый вечер. Мама сидела в своей комнате и переписывалась со мной, думая, что общается с незнакомым мужиком из другого города. Она не знала, что это я. Что её сын называет её шлюхой. Что её сын пишет ей «я бы трахнул тебя во все дырки». А я писал. И она отвечала. И это было самое возбуждающее, что я когда-либо испытывал.
Однажды я написал: «Я сейчас в командировке в другом городе. Но когда приеду — я приду к тебе. И ты сделаешь всё, что я скажу. Ты будешь моей шлюхой на всю ночь.»
Она ответила: «Обещаешь?»
«Обещаю. Ты будешь стоять передо мной на коленях и умолять, чтобы я дал тебе член. Ты будешь глотать мою сперму и просить добавки.»
«Мммм... звучит заманчиво...»
И в этот момент я услышал, как она встала с кровати и пошла в ванную. Я знал, зачем. Она брала с собой телефон. Она продолжала переписываться со мной, сидя в ванной. И, судя по тому, как долго она там была, она не только переписывалась.
Это стало нашей тайной жизнью. Днём мы были обычной семьёй — мама и сын. Она готовила, я учился. Мы разговаривали о погоде, о работе, о счетах за квартиру. А вечером она уходила в свою комнату, я — в свою, и мы начинали переписываться. Она думала, что общается с горячим незнакомцем из другого города. А я сидел в соседней комнате и писал ей: «Ты — моя грязная шлюха. Я хочу, чтобы ты отсосала мне при встрече. Я хочу кончить тебе на лицо и заставить слизать всё до капли». И она отвечала: «Да, я сделаю это. Я буду твоей послушной шлюхой».
Прошло несколько дней. Я жил в этом двойном мире и кайфовал. Мама стала ещё более расслабленной дома. Она уже не просто наклонялась — она как будто позировала. Утром выходила на кухню в одном халатике и долго стояла у плиты, прогнув спину, зная, что я смотрю. Вечером садилась на диван, раздвинув ноги, и делала вид, что читает книгу, а сама косилась на меня. Однажды она прошла мимо меня в коридоре и «случайно» задела мою ширинку рукой. Я вздрогнул. Она сказала: «Ой, извини, сынок» — и пошла дальше, улыбаясь.
Она ждала. Ждала, когда я сделаю шаг. Или когда приедет тот самый незнакомец из интернета. Она была на взводе. Её киска, наверное, не просыхала.
И тут ко мне пришёл Колян.
****
Он заявился в субботу днём. Притащил с собой два бумажных пакета из Макдональдса — бургеры, картошка, пара молочных коктейлей.
— Привет, Лёха! Здрасте теть Кать! — крикнул он в коридор.
Твоя экзекуция. В ванной