Эта двойная, невероятно слаженная волна ласк начала медленно уводить землю у меня из-под ног. Рафкат Алимович направлял процесс своей уверенной силой, а Павел безупречно подстраивался под его ритм, чутко реагируя на каждое мое движение и прерывистый вздох. Легкая, ненавязчивая физиология их прикосновений — жар чужого дыхания на животе, влажные поцелуи мужа, скользящие выше к лобку, и плотные, хозяйские объятия шефа, фиксирующие мои руки — слились в один сплошной, обжигающий поток.
Когда они одновременно перешли к самым сокровенным, интимным ласкам, признавая и дополняя движения друг друга, мое сознание окончательно поплыло. Я выгнулась на кожаных подушках, шумно ловя ртом воздух и утыкаясь лицом в плечо Рафката, пока мощный уд шефа прокладывал дорогу в мои недра, пальцы Павла доводили меня до умопомрачения. Их движения были синхронными и слаженными, я купалась в этой неге. А потом я не выдержала и мой крик — крик раненной волчицы огласил стены гостиной. Нас всех накрыла единая, мощная волна, стирающая условности, должности и брачные обеты, оставляя только чистую, первобытную страсть трех сильных людей.
Когда буря утихла, мы остались лежать в полумраке, тяжело и размеренно дыша. Голова моя покоилась на груди Рафката Алимовича, а Павел нежно поглаживал мою руку, переплетая свои пальцы с моими.
Этот финал казался абсолютным, но в воздухе продолжало витать тонкое, едва уловимое ощущение недосказанности. Контракт по терминалу лежал на столе, Дамир и Эвелина спали в соседнем крыле, а мы трое перешагнули черту, за которой привычный мир уже никогда не станет прежним. Что принесет нам завтрашнее утро в офисе? Станет ли эта ночь разовым безумием, или мы только что открыли дверь в совершенно новую, неизведанную главу нашей общей жизни, где правила будут писаться заново каждую ночь? Финал оставался открытым, манящим и обещающим новые, еще более сложные игры…
Сладкая ночь и хрустящий день в Большом офицерском