закрыла себе рот рукой, выпучила глаза в темноту, да всё ждала, когда её сын уже кончит в задницу, уснёт, и она, наконец, сможет убежать.
Но он не кончил. Вместо этого случилось непоправимое. Сын случайно придавил коленом пульт, и включился телевизор. В комнате стало намного светлее, и Женя тут же остановился.
– Мама! – вскрикнул он.
– Женя?! – испуганно крикнула мать, делая вид, что она тоже в шоке от этого открытия.
Парень опустил взгляд и посмотрел матери между ног. Её щёлка зияла и сочилась соками. И что самое странное, щель была пустой. Член из неё не торчал.
Женя застыл в изумлении с членом в материнской заднице. Он так и смотрел, шокированный, то на лицо матери, то на её голую грудь, то вниз – на то место, где из материнской жопы чуть ли не одни только яйца выглядывали, а весь член оставался внутри.
– Извини, мам, я думал, что это другая женщина, – пробормотал он.
– А я думала, что это другой мужчина, – соврала Надя.
Сын был слишком пьян, туп и испуган, чтобы спросить, с кем именно могла его перепутать мать. Поэтому Женя просто вынул член из задницы и быстро спрятал его в трусы. Поднялся на ноги и спросил:
– А почему ты не в командировке?
– А я в командировке, – объяснила мать, поднимаясь на ноги и запахивая плащ, пытаясь застегнуть пуговицы трясущимися руками. – Просто мы всем коллективом ехали на машине мимо нашего дома. Я попросила остановиться, чтобы... чтобы... чтобы пописать.
– Пописать? – удивился сын.
– Да. Пойду пописаю, и мы дальше поедем.
Сын почесал башку, пытаясь переварить слова матери, найти в них хоть какую-то логику. Но из-за алкоголя в голове, да ещё из-за того, что член только что побывал в материнской жопе, и ни о чем другом Женя сейчас думать не мог, он просто махнул рукой, и решил поверить в эту историю, чтобы не напрягать лишний раз свой многострадальный мозг.
А тем временем Надя вошла за ширму, которая служила дверью в «ванную комнату», влезла ногами на унитаз, достала с крыши душевой кабины довольно большой искусственный член – полностью чёрный, и спрятала его за пазуху, аккуратно разместив между сиськами.
Она тут же выскочила из-за шторки, взглянула на сына виновато-смущенным взглядом и проследовала к выходу.
– Всё, я пошла на работу, – объявила она, как ни в чём ни бывало, и поспешно удалилась.
Женя был слишком шокирован, чтобы догадаться, что она даже не пописала, ведь за шторкой ничего не журчало, и унитаз не издавал смывающихся звуков. Но он не отличался наблюдательностью и не обратил на эту мелочь никакого внимания.
Пока сын стоял и тормозил, Надя вышла в коридор, прижалась спиной к собственной двери и постояла минуту, тяжело дыша. Затем ошеломлённо пробормотала себе под нос:
– Женя только что трахнул меня в зад. Неужели мне это не снится?
И тут же она осеклась, заметив, что дверь квартиры напротив приоткрыта. Таня как раз собиралась выйти, чтобы вывесить бельё на верёвку. Её удивлённое лицо выглянуло в коридор. Глаза уставились на соседку.
– Прямо в зад? – спросила она удивлённо.
– Это вырвано из контекста, – быстро сказала Надя. – Это я фильм только что смотрела.
Поняв, что сморозила глупость, но не придумав ничего лучшего, она просто поспешно удалилась в направлении лифта, цокая высокими каблуками.
Таня покачала головой.
– Ну и извращенец этот Женя, – пробормотала она себе под нос.
А тем временем Женя стоял в квартире, всё ещё офигевая от случившегося. Он почесал затылок и сказал:
– Ёшкин кот!
И эта фраза означала только одно: полное разочарование. Он перепутал
Мой любимый парень