— Не ври. У меня на бедре появилось пятно. Каждый раз, когда оно начинает жечь, я... я не могу себя контролировать. Чувствую возбуждение. И всё это началось после того, как ты был у нас дома.
Лёша открыл рот, потом закрыл. Несколько секунд он просто дышал, глядя на неё расширенными глазами за стёклами очков. Потом тихо, почти шёпотом произнёс:
— Значит оно правда сработало...
Рита нахмурилась.
— Что сработало?
— Ритуал, - он провёл рукой по лицу. — Я нашёл его в одном старом закрытом разделе. Думал, полная ерунда. Просто... хотел, чтобы ты иногда вспоминала обо мне. Когда ты проходишь мимо, то видишь вместо меня пустое место. А ведь мы дружили когда-то. И я... Сделал куклу, скрепил с ней несколько твоих вещей, которые нашёл у вас дома. Произнёс формулу. И всё. Больше ничего не произошло. Я решил, что это просто глупость из интернета. А ты говоришь...
Он смотрел на неё с настоящим ужасом и каким-то болезненным изумлением.
— Я не знал, что оно работает. Честное слово. Я даже куклу уже почти выбросил. Думал, ничего не вышло.
Рита сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони.
— А сейчас знаешь. Отдай её. Немедленно.
Лёша мотнул головой, всё ещё бледный.
— Не могу. Если я её отдам или уничтожу неправильно - может стать ещё хуже. Я читал...
— Мне плевать, что ты там читал! — почти крикнула она, сжав кулаки.
И в этот момент Лёша, не выдержав смеси страха, вины и внезапной злости на самого себя, резко отвернулся к столу. Открыл нижний ящик, выхватил небольшой свёрток из тёмной ткани и сжал его в кулаке. Губы тихо, почти беззвучно произнесли короткую фразу на языке, которого Рита не знала.
Метка вспыхнула мгновенно.
Рита согнулась пополам и оперлась ладонью о стену. Жар разлился между ног за считанные секунды. Трусики стали мокрыми. Она ещё пыталась выпрямиться, ещё пыталась выдохнуть какое-то ругательство в адрес парня, но вместо этого с ее губ сорвался тихий, прерывистый стон.
Лёша стоял напротив, бледный, с расширенными глазами. Свёрток ткани всё ещё был зажат в его кулаке.
— Рита... я не хотел сейчас... я просто...
Она не дала ему договорить. Сделала шаг вперёд. Потом ещё один. И сама поцеловала его - жадно, зло, почти кусая нижнюю губу. Лёша охнул от неожиданности. Его руки сначала замерли в воздухе, потом неуверенно, дрожа, легли ей на талию.
Рита уже стягивала с него футболку. Ткань застряла на очках, он неловко помог, и футболка упала на пол. Под ней оказалась бледная, худощавая грудь с редкими тёмными волосками. Она провела ладонями вниз, к резинке его домашних штанов, и почувствовала, как сильно он дрожит.
Лёша вдруг перехватил её запястья. Не грубо, скорее отчаянно.
— Подожди... - голос совсем сел. - Рита. Я... я никогда...
Она остановилась, глядя на него снизу вверх. Щёки у него горели так, будто сейчас вспыхнут.
— Никогда чего?
— Секса. У меня... не было. Вообще. Ни с кем.
Рита несколько секунд просто смотрела на него. На его сбившееся дыхание, на пальцы, которые всё ещё держали её запястья, на глаза за стёклами очков - испуганные, стыдливые и голодные одновременно.
Внутри неё что-то шевельнулось. Насмешка. Жалкость. И странное, тёмное удовлетворение от того, что именно он, этот неуклюжий ботаник, сейчас стоит перед ней красный до ушей и признаётся в том, что еще девственник. А она - из-за него - уже не принадлежит сама себе. И при этом именно в эту секунду как будто она имеет над ним власть.
Но вместе с этим было ещё что-то. Тёплое. Ей вдруг
после свадьбы