ответила жарко — глубоко, с языком, притягивая его к себе за шею.
Семёныч оторвался, усмехнулся и бросил:
— Ну раз такое дело... ещё минут сорок есть. Давай Петровичу позвоним, вместе с которым вам со Светкой животы надували в санатории. Он про тебя тоже спрашивал. И тоже в цеху на заводе в обед скучает.
Аня молча кивнула.
Семёныч уже набирал номер.
— Петрович, подходя. Анька у меня в коптёрке. Времени минут сорок.
Через пять минут дверь открылась. Вошёл Петрович. Увидел Аню — и сразу улыбнулся широко, по-настоящему.
— Ну здравствуй, красотка. Соскучился, честно.
Аня тоже не смогла сдержать улыбку.
Они даже обнялись коротко, прежде чем Семёныч спокойно сказал:
— Только учти. Анька теперь беременная. Так что поаккуратней с ней. Без лишней жёсткости.
Петрович кивнул, но глаза уже потемнели.
— Понял. Буду нежнее...
Он подошёл ближе, провёл ладонью по щеке Ани, потом спустился к груди.
— Раздевайся. Хочу тебя всю.
Аня сняла юбку и блузку.. Петрович развернул её, нагнул над столом, стянул трусы и сразу опустился на колени сзади. Провел языком по всей щели, сверху вниз, потом ниже — к задней дырочке. Аня тихо застонала.
— Сладкая... — пробормотал он. — И здесь тоже чистая. Сегодня распечатаю.
Поднялся, толсты но короткий достал член, сначала дал Ане взять в рот. Она сосала жадно, глядя вверх. Петрович гладил её волосы.
— Хорошо берёшь. Глубже ещё чуть-чуть... вот так.
Потом вынул, поднял её и уложил грудью на стол. Вошёл в пизду медленно, почти бережно, но до конца.
Начал двигаться глубоко, но без резких ударов. Одной рукой гладил её спину, другой держал за бедро.
— Нравится?
— Да... очень...
Он трахал её так десять минут, Аня шумно кончила, потом вышел, плюнул на пальцы и начал осторожно готовить зад. Один палец, потом два. Аня дышала часто, но не отстранялась.
— Расслабься, родная. Сейчас будет немножко неприятно, но надо. На последних месяцах в пизду так часто уже нельзя будет. А жопа должна быть готова. Хорошо?
Аня кивнула.
— Хорошо...
Петрович добавил слюны, приставил головку и начал медленно входить. Аня всхлипнула, вцепилась в края стола. Он продвигался очень постепенно, останавливаясь, давая привыкнуть, пока не вошёл полностью.
— Вот... все. Молодец. Теперь привыкай.
Начал двигаться — глубоко, размеренно, всё ещё стараясь не причинять боль. Одной рукой тянулся вперёд и массировал ей клитор.
— Сейчас кончишь... чувствую, как сжимаешь.
Аня кончила первой — сильно, с дрожью, почти слёзы выступили. Петрович ускорился совсем чуть-чуть и тоже кончил — глубоко в зад, долго, с низким стоном.
Вышел осторожно. Аня осталась лежать на столе, тяжело дыша. Между ног и сзади всё было мокрое и чувствительное.
Семёныч, который всё это время молча курил в углу, наконец заговорил:
— Всё. Время вышло. Собирайтесь.
Петрович помог Ане выпрямиться, даже вытер её бумажными полотенцами. Коротко поцеловал в висок.
Аня вышла из коптёрки, всё ещё чувствуя внутри тяжесть и тепло. Юбка слегка липла к бёдрам. Она сделала всего несколько шагов — и увидела Сашу. Он стоял чуть в стороне от проходной, руки в карманах, и ждал.
Аня сразу улыбнулась. Подошла быстро и коротко, но крепко поцеловала его в губы.
— Ты здесь...
— Решил встретить, — просто сказал Саша. — Всё в порядке?
— Да. Всё хорошо.
Он кивнул, взял её за руку и повёл обратно к зданию. Молча дошли до бухгалтерии. У двери Саша ещё раз поцеловал её в губы.
Встреча с Господином