Она вдруг выгнулась сильнее, ее рука скользнула вниз, к клитору, и я почувствовал, как ее пизда снова сжимается, как она начинает дрожать. Она не кончила второй раз, но была так близко, что я ускорил ритм, входя глубже, пока не почувствовал, как ее тело напряглось, а потом расслабилось, и она тихо, почти беззвучно, протяжно застонала, содрогаясь в конвульсиях продолжительного оргазма. И тут не выдержал уже я, загнав член на всю длину до самого основания так, что яйца со смачным шлепком коснулись влажной кожи, и начал кончать, причём ничуть не меньше, чем в первый оргазм. Это продолжалось некоторое время, пока вскоре я не вышел из нее, и мама, обессиленная, легла рядом, прижавшись ко мне всем телом, горячим и влажным и безумно родным.
Мы лежали, тяжело дыша, слушая, как храп за стенкой продолжается, а кровать тихо поскрипывает, когда мы шевелились. Мама уткнулась мне в шею, ее дыхание обжигало кожу.
— Данька, — прошептала она, — это так… неожиданно. Но, черт возьми, я не чувствовала себя такой живой уже давно.
Я погладил ее по спине, чувствуя, как сердце бьется рядом с моим. — Мам, это было охрененно, — выдохнул я, и она тихо засмеялась, прижавшись ближе.
— Мы сумасшедшие, — сказала она, ее рука скользнула по моей груди, остановившись на моем все еще твердом хуе. — Но я не хочу, чтобы это заканчивалось.
?Мой первый любовник?