излился небольшой струйкой семени, которого у меня уже почти не осталось. Полежал немного, расслабляясь, удовлетворённый открываю свои глаза и вижу перед собой маму, с похотливым любопытством наблюдающую за мной.
— Вспомнила ещё кое-что. Но ладно, завтра утром зайду и всё по полочкам тебе разложу. Вообще-то заниматься ананизмом плохо и даже вредно. Можно сменить ориентацию или даже заработать эректильную дисфункцию. Чтобы при Ане не дрочил и не кончал. Чтобы она никогда не видела твоей спермы. И так по всему дому брызжешь. И девчонку чтобы не доводил до оргазма. Обработал раны, намазал кремом и разбежались. Понял? – твёрдо произнесла мама.
Я кивнул головой и она удалилась.
***
Утром меня разбудила мама. Впервые за долгое время у меня не было сейчас традиционного стояка. Она была полностью одета для работы, и зашла ко мне, чтобы дать несколько указаний. Как и вчера напомнила, чтобы я с Аней ничего не мутил, что ей к десяти часам в поликлинику на осмотр к хирургу почему-то, чтобы я её обязательно сопровождал и еще что-то по поводу еды на день. Я пообещал быть паинькой и выполнить все её пожелания. Ещё, немного смутившись, она сказала, что произошедшее вчера между ней и мной было ошибкой. Ей очень стыдно и она обещает, что такое больше не повторится. Всему виной присутствие в нашем доме обнажённой девушки, что в общем-то влияет на эмоциональное состояние всех, в том числе и самой девушки. Далее мама пустилась в пространственные рассуждения о половом восприятии окружающих на обнажёнку, возникновении неожиданного мгновенного влечения и т. д. Короче, я понял, что мама оправдывалась за своё вчерашнее поведение и пыталась мне объяснить, что она не лесбиянка и не какая-то озабоченная. Образ раскаивающейся и даже лебезящей матери, которая всегда отличалась жёсткостью и пристойностью, подействовал на меня удивительным образом – мой член стал подниматься. Мама смешалась, взяла с меня обещание ничего не рассказывать отцу и поспешно удалилась.
А мой пенис требовал удовлетворения. Поэтому я взял пару салфеток и направился в спальню мамы. Аня спала безмятежным сном, лёжа на боку так, что одна её нога была вытянута, а другая согнута в колене. Поза более, чем возбуждающая с чудесным видом на её гениталии. Половые губки девушки слиплись и торчали немного изогнутым гребешком. Анальная дырочка сегодня казалась совсем маленькой и почти без морщинок. Промежность у девушки была немного выпуклая и являлась как бы продолжением её внутренних половых губок. В невозбуждённом состоянии пигментация её причиндалов была не так заметна. И очень мило смотрелись более светлые девичьи ягодицы на фоне довольно загорелого тела. Вообще у Анюты от природы было смуглое тело в отличие от ослепительно белого тела моей матери. Я с удивлением обнаружил рассыпь прыщичков на попке девушки. Они сосредотачивались ближе к анальной дырочке и некоторые были даже воспалённые, ярко-красные. Странно, что я вчера их не заметил. Скорее всего не обратил внимания – не до того было.
Я быстро сходил за телефоном и сфотографировал девушку с разных сторон, а её причиндалы дополнительно крупным планом и тоже по-всякому. Роль фотографа обнажёнки меня ещё сильнее возбудила и я, пердёрнув свой затвор, благополучно разрядился на салфетку, чуть не уткнувшись носом в голую задницу фотомодели! Кончил я специально рано утром. Ведь мне предстояло провести целый день совместно с голой девушкой и не раз копошиться в её письке. А постоянно демонстрировать ей свой торчащий член было как-то неловко. Уж пусть лучше смотрит на мой болтающийся писюн. Ведь обещал матери тоже быть без одежды, разыгрывая ситуацию как на нудистском пляже.
Панель. Машка. Пути назад нет (ч.8) (Продолжение)