руку себе между ног и еще сильнее прижала его член к губкам.
Так долго продолжаться не могло. Его сестра трется о его член, его жена на его глазах трахается с другим мужиком – это, знаете ли, возбуждает... при определенном настрое. Павел взял сестру за руку и потянул обратно в гостиную. Она молча пошла за ним. На полпути он опять остановился, повернулся к ней и сказал:
– Правильно это или нет, но я хочу заняться с тобой сексом.
Та еще сценка: сестра в одной коротенькой футболке, брат стоит перед ней с членом, целящим в потолок, и признается, что очень хочет ее трахнуть. Лерка улыбнулась, возможно, тоже прочувствовав всю соль ситуации. Так ничего и не сказав, она вскинула голову и протянула губы для поцелуя. С ума сойти! Они целовались как школьники в первый раз. Робко, осторожно, держась за руки. Но скоро робость прошла.
Лерка шагнула к нему ещё ближе и прижалась всем телом. Потом чуть раздвинула ноги и рукой направила его член к нижним губкам. Их первый в жизни поцелуй не прерывался ни на секунду. Сжав его член между ног, Лерка начала чуть двигаться, заставляя или позволяя ему тереться о губки и по мокрой прорези. Это была очень томительная ласка. Его нетерпение опять начало набирать силу, но прерывать поцелуй очень не хотелось. Павел так самозабвенно и сладко не целовался уже много лет, и ему казалось, что он может кончить просто так, стоя с сестрой в обнимку и целуясь.
Двинув очередной раз попкой назад, Лерка отпустила его член и начала медленно опускаться вниз. От одной мысли о том, что будет дальше, он чуть не взвыл. Встав на колени, Лерка уверенно взяла его член рукой и, прежде чем он успел что–либо предпринять, она уже облизывала губы от его спермы. Она проглотила всё.
Павел помог ей подняться и поцеловал в еще солоноватые губы... Она прижалась к нему и прошептала на ухо: «Нам лучше остановиться»...
Лерка, хоть она и младше его на два года, всегда была более рассудительна, чем он. Он ей казался слишком легкомысленным, и они даже ругались по этому поводу в детстве. Она была права в те давние времена, и она была права сейчас. Нам действительно было лучше остановиться. Лерка обошлась с ним, как с ребенком, отказавшись от своей порции сладкого в его пользу... Женская хитрость и женская доброта.
Они оделись. Вернее, одевался в основном Павел, а Лерка, надев шорты, снова нырнула под одеяло. Они рассудили, что надо этот случай замять и сделать вид, что не знают о том, что видели в спальне. И естественно, они будут делать вид, что между ними тоже ничего не было. А дальше, дело техники. Павел пошел в прихожую, тихо открыл дверь, вставил ключ в замок и стал им шумно шерудить. А в довершение спектакля, хлопнул дверью, так чтобы это было слышно «даже» в спальне. Потом включил свет и сосредоточился на изображении из себя честного мужа, только что вернувшегося из командировки.
На шум прибежала жена, наспех нацепив длинный халат. Глаза у неё были честные и радостные, безо всякого чувства вины. Похоже, она действительно соскучилась, несмотря на ее «приключения» с Лешкой. Они обнялись и долго с удовольствием целовались. Павел тоже по ней соскучился и тоже не испытывал никакого чувства вины перед ней. Потом из туалета послышался звук спускаемой воды – это, видимо, Лешка разыгрывал свой спектакль для Лерки. Павел сделал удивленную физиономию и спросил:
Седьмая