прохладу комнаты и тепло чужого тела, она устроилась на бедрах Евгении.
— Просто играй, — прошептала женщина, обнимая ее за талию.
Алиса коснулась клавиш и заиграла ту самую гипнотическую композицию, которая устроила фурор в клубе. Пальцы Евгении тут же пришли в движение: она принялась неторопливо исследовать тело девушки, лаская ее обнаженную грудь. Дыхание Алисы стало тяжелым и прерывистым, но она упрямо продолжала вести мелодию, не пропуская ни одной ноты.
Евгения покрыла поцелуями шею Алисы, а затем поднялась чуть выше. Скользнув языком по чувствительной мочке уха, она тихо и удовлетворенно усмехнулась, чувствуя, как пианистка вздрагивает от удовольствия. Все это время руки старшей женщины оставались на ее груди — она то нежно поглаживала кожу, то мягко сжимала ее, заигрывая с затвердевшими сосками. Алису накрыло мощной волной возбуждения.
Когда финальный аккорд первой композиции наконец растаял в воздухе, Евгения с хлёстким звуком шлёпнула Алису по бедру, заставляя ту слегка привстать. Женщина легко поднялась со стула, освобождая место.
Оставшись сидеть в одиночестве, Алиса тут же начала новую, более глубокую и ритмичную мелодию. Евгения теперь стояла сзади, контролируя каждое ее движение. Внезапно ее руки поднялись к шее девушки. Она сделала сзади мягкий, но уверенный захват предплечьем. Это не мешало Алисе дышать, но сделало ее вдохи частыми, рваными и полными страсти. Подчиняясь этому властному жесту, Алиса продолжала играть вторую композицию.
Финальные ноты второй мелодии затихли, растворившись в тишине комнаты. Евгения тут же ответила на это хлёстким, звонким шлепком по округлой ягодице Алисы, заставив девушку шумно выдохнуть и податься вперед.
— Поднимись, — тихо приказала женщина.
Алиса послушно встала. В ту же секунду Евгения резким движением отодвинула стул в сторону. У пианистки больше не было опоры — теперь ей предстояло играть стоя, слегка наклонившись над клавишами. Ее обнаженное тело оказалось полностью открыто и беззащитно перед хозяйкой дома.
Когда Алиса коснулась клавиш и начала новую, более быструю и пульсирующую композицию, Евгения шагнула вплотную к ней сзади. Женщина крепко обхватила точеную талию девушки своими ладонями, фиксируя ее положение, и начала медленно, ритмично тереться своим телом о ее ягодицы. Ощущение кожи к коже, горячей и влажной от нарастающего возбуждения, мгновенно отозвалось дрожью в коленях Алисы.
С каждым новым тактом музыки движения Евгении становились все более требовательными и откровенными. Она то плавно покачивала бедрами, скользя по ягодицам Алисы, то сильнее вжималась в нее, заставляя девушку прогибаться в пояснице ближе к инструменту. Пальцы Евгении на талии сжимались до белизны, направляя этот бесстыдный танец. От этого плотного, непрерывного трения между ног у обеих женщин стало невыносимо горячо.
Алиса едва справлялась с темпом. Ее руки слегка дрожали, дыхание сбивалось на стоны, а пальцы с трудом находили нужные клавиши на синтезаторе. Но властные руки на талии и настойчивые, дразнящие толчки сзади не давали ей отвлечься, превращая саму игру на инструменте в изощренный акт подчинения и страсти, длившийся до самого последнего аккорда.
Едва финальный аккорд затих, Евгения бережно перехватила запястья Алисы и принялась нежно целовать ее пальцы, еще хранившие тепло клавиш. Развернув запыхавшуюся девушку к себе, женщина накрыла ее губы глубоким, властным поцелуем. Затем она увлекла обмякшую пианистку к постели.
— Ложись, — тихо, но не терпящим возражений тоном скомандовала Евгения.
Алиса послушно опустилась на простыни. Хозяйка дома осталась стоять у края кровати, сверху вниз созерцая свою обнаженную гостью долгим, горящим взглядом.
— Алисочка, — вкрадчиво произнесла Евгения, прищурившись. — Подаришь ли ты мне в заключение своего незабываемого концерта то, о чем шептала Вика? Ту самую... рубиновую струю?
Алиса молча кивнула. Полностью доверяясь моменту, она глубоко вздохнула и расслабилась, широко разведя и согнув
В баре, без трусиков