бедра вздрагивали, на лбу выступила мелкая испарина. В какой-то момент она прикусила губу, выгнулась мостиком, и я почувствовал, как ее тело охватила долгая, мелкая дрожь внутреннего спазма. Этот вид — распластанная под мной, стонущая, потерявшая контроль женщина-педагог — окончательно сорвал предохранители. Я сорвался в бешеный, быстрый ритм и через несколько секунд разрядился мощным, оглушающим толчком, выпившим из меня все силы...
*** *** ***
Мы лежали в темноте спальни, тяжело и часто дыша. Воздух казался густым, пропитанным запахом пота, виски и отдавшейся страсти.
Наталья Михайловна повернула голову, провела пальчиками по моей мокрой груди и тихо шепнула: — Надеюсь, ты не будешь трепаться в ПТУ? Меня же выгонят с треском... Да и с мужем лишние проблемы не нужны.
— Нет... Вы что, Наталья Михайловна... Никогда, — искренне выдохнул я.
Она улыбнулась в темноте, слегка прикусила мое плечо и прошептала с хитринкой: — А знаешь, Тимохин... Из тебя получится чертовски хороший любовник.
4. Финал. Несколько лет назад.
Эти ее слова я вспоминаю и сейчас, спустя пятнадцать лет, под мерный гул трассы за окном.
Не знаю, каким любовником я стал в итоге — об этом судить не мне. Но Наташа действительно научила меня многому. И по электротехнике, и в жизни.
Наши отношения продолжались около четырех месяцев — ровно до моего выпуска. А потом за ней вернулся муж. Он нашел хорошую работу где-то на севере, забрал семью и увез. Мобильных тогда не было, домашние телефоны стояли не у всех, да и письма писали неохотно. Наша связь оборвалась навсегда.
Может, оно и к лучшему. У нее своя судьба, у меня — своя. После нее у меня не было десятков женщин. По сути, моя жена — вторая в моей жизни.
Но сегодня, лежа в тишине спальни и слушая проносящиеся по трассе фуры, я просто хочу сказать спасибо той строгой «физичке» из девяностых. За ее тепло, за ее урок и за то, что однажды она подарила пацану ощущение настоящего, всепоглощающего мужского счастья.
Секс с домашними животными