кожа... – простонал Семён, сменяя поцелуи с Татьяны на шею матери.
– Ммм, да, Сэмми... – Ольга выгнулась, подаваясь навстречу его губам.
Семён двигался ритмично, с каждым толчком всё глубже проникая в Татьяну, в то время как Ольга, лежащая рядом, жадно ласкала поцелуями и руками его тело. Татьяна видела, как лицо Семёна исказилось от наслаждения, слышала, как он с трудом сдерживает стоны.
– Оля... ах... Таня... – Семён сбито дышал, его движения становились всё более резкими.
Ольга, почувствовав, что он близок к пределу, перевернулась на спину, разводя ноги.
– Иди ко мне, – позвала она хриплым голосом. – Я хочу почувствовать тебя внутри.
Семён с трудом отстранился от Татьяны, тяжело дыша. Оба племянник и тетя обменивались короткими взглядами, полными желания и взаимного признания.
Он переполз к матери, ее пизда, набухшая и сейчас оглушительно чувствительная, буквально пульсировала. Она была готова принять его, жаждала почувствовать его твердость внутри. Соки, возбуждающие и сладкие, заливали его пальцы, смешивались с его дыханием, которое обжигало её шею. Она чувствовала себя как пересохшая земля после долгой засухи — настолько всё тело требовало этого наполнения.Семен,
поднял ее бедра вверх, и вошел в нее с таким силой, что кровать застонала под ними.
– О, да... Сёма... – Ольга закинула руки ему за голову, выгибаясь навстречу каждому толчку.
Татьяна, чувствуя себя брошенной, но возбужденной до предела, придвинулась ближе. Она обхватила Семёна сзади, прижимаясь к его спине, и ее руки сами собой спустились ниже, к его ягодицам, помогая ему двигаться.
– Больше, Сёма, сильнее! – требовала Ольга, её голос сорвался на крик.
Семён, охваченный экстазом, увеличил свой темп. Татьяна чувствовала запах его удовлетворения, слышала влажное хлюпанье плоти, сталкивающейся снова и снова. Она начала ласкать себя сама, прикрыв глаза и представляя, как он входит в нее так же глубоко, как сейчас входит в свою мать.
– Хм-м, какая ты влажная, Таня, – Семён, даже не оборачиваясь, нащупал ее руку и прижал ее пальцы к своему члену, где он соединялся с Ольгой.
Татьяна почувствовала его пульсацию, почувствовала жар, исходящий от них обоих. Она задрожала, когда осознала, насколько близко она сейчас к ним, насколько стираются границы.
– Теперь к ней, – прошептал Семён, резко развернувшись и затягивая Татьяну обратно к себе.
Он перекатился, придавливая ее своим телом, и снова вошел в нее, на этот раз медленно, с наслаждением. Татьяна всхлипнула, обхватывая его ногами за пояс.
– Ты такая горячая... – Семён зарылся лицом в ее волосы, втягивая запах ее шампуня смешанный с запахом возбуждения.
Ольга, лежа рядом, не осталась в стороне. Она прильнула к груди Татьяны, лаская ее соски языком, и Татьяна закинула голову, выгибаясь под его толчками и ее губами.
Это был идеальный круг. В комнате стало светло, солнечный свет проникал сквозь занавески, освещая потные, блестящие тела.
Татьяна взглянула на Семёна. Он выглядел так, будто выполнял самую важную работу в своей жизни — и он справлялся на «отлично».
– Ты лучший, Сёма, – выдохнула она, притягивая его к себе для глубокого, длинного поцелуя, пока ритм его движений позволял это сделать.
– Ой, бля... я сейчас... – Семён сжал Татьянины бедра, почти до синяков, и с победным рыком излился в неё, содрогаясь всем телом.
Татьяна почувствовала, как по ее телу пробежала волна оргазма, заставляя ее зажмуриться и зажать рот рукой, чтобы не закричать на всю квартиру. Ольга прильнула к ее плечу, сочувственно и удовлетворенно потирая ее спину.
– Ну что, теперь можно и на завтрак, да? – тихо спросила Ольга, с трудом отрываясь от сестры.
Семён, тяжело дыша, откинулся на подушки, глядя в потолок. Его тело обмякло, мышцы расслабились.
Головная боль