был большой член. Даже больше, чем у папочки. но Лили тренировалась с очень большими дилдо. Она знала, что папочка будет делиться ею. Она была готова.
Мэр, однако, не был настроен на минет. Он грубо схватил её за волосы, заставляя отстраниться, и с силой толкнул назад, так что она едва не повалилась на спину.
— Достаточно сосать, крошка, — бросил он. — Сосут мне секретарше на работе. Поработай своей пиздой. Живо!
Лили на мгновение замерла, прямо с членом во рту. Она ожидала, что её сейчас грубо перекинут через ближайший кожаный диван или прижмут к стене, но Мэр оставался неподвижен; он стоял скрестив руки на массивной груди.
Я справлюсь.
Она поднялась, её глаза блестели от азарта. Одним плавным, отработанным движением девушка спустила кружевные трусики, и отбросила их в сторону, выгибаясь так, чтобы мужчина видел её блестящую щёлку. Воздух в комнате стал тяжелым от мужского тестостерона и её собственного возбуждения. Уверенным движением Лили насадилась на его массивный член, замерла на секунду и начала двигать бёдрами, опираясь руками на пол.
— Ха! Ну ты и гимнастка, — пророкотал мэр, чувствуя, как плотные, горячие стенки её влагалища обхватывают его. У него не было недостатка в выборе женщин, но эта девушка была чем-то особенным.
Спина Лили выгнулась идеальной дугой, а пальцы впились в ворс ковра, когда она начала ритмично подниматься и опускаться, одновременно сжимая мышцы влагалища. Она существовала для мужского удовольствия, и была в этом чертовски хороша.
Мэр издал глухой, утробный рык, который больше походил на звук заведенного мотора, чем на человеческий голос. Его массивное тело вздрогнуло, когда волна оргазма накрыла его с головой, и он наконец с силой прижал Лили к себе, наконец схватив девушку за бёдра. Лили, почувствовав мощный поток его семени, тоже кончила на месте, едва устояв на ногах.
Это было то, ради чего она жила.
— Чёрт возьми, — выдохнул мэр, нескрываемым восторгом глядя на Лили, которая наконец упала на колени, когда он, наконец, вытащил член. — Ты просто невероятная. Я не помню, чтобы кто-то из моих женщин так чувствовал ритм. Видишь, Сахарок, как должна женщина трахаться?
Он со значением посмотрел в сторону своей спутницы, которая всё так же стояла в углу, судорожно сжимая края своего нелепого голубого платья. Сахарок выглядела так, будто её только что ударили наотмашь. Её губы дрожали, а в глазах застыли слёзы. Она была не просто проигнорирована — её заменили кем-то более молодым, более жадным и, что самое страшное, в разы более искусным.
— Она просто дилетант, господин, — Лили, придя в себя, подползла к мужчине и стала облизывать его член. — Видно, что ей не хватало правильного руководства.
Мэр довольно потрепал девушку за ухом, а потом схватил её за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.
— Не хочешь потренировать её?
В глазах Лили вспыхнули лукавые огоньки. Она облизнулась и ответила:
— С удовольствием, господин. С огромным удовольствием.
Сучка выскользнула из комнаты Господина, и направилась в покои Молодой Госпожи. У неё были и другие обязанности. Пока девушка заботилась о удовольствии своего отца, Сучка должна была позаботиться о её дне.
Женщина подошла к гардеробу и проверила приготовленный наряд Молодой Госпожи.
Образование для женщин не исчезло, наоборот, школы и колледжи, теперь строго разделённые по полу, недавно наконец-то снова открыли свои двери.
И если для мужчин Лили Эванс была изысканным аксессуаром и желанным призом, то в стенах Женской Академии Дженксона она была богиней. Лили не просто посещала занятия — она диктовала правила. В Академии, где каждая девушка мечтала заслужить внимание влиятельных попечителей, Лили была той, чье одобрение могло вознести одноклассницу на
Инцидент 2042 (Главы 1 - 9)