Категории: Измена | В попку
Добавлен: 02.10.2026 в 18:54
общих знакомых, и каждый раз, когда тормозила перед светофором, её плечо касалось его колена, и она не отодвигалась. Сергей вёл машину и молчал, лишь иногда бросая короткие взгляды в зеркало заднего вида.
Когда они вошли в дом — просторный, с высокими потолками и паркетом цвета тёмного мёда — Марина показала Роману гостевую комнату на втором этаже, протянула полотенца, включила кондиционер. Потом спустилась на кухню, где Сергей доставал бокалы из шкафа, подошла к нему вплотную, прижалась грудью к его плечу и прошептала в ухо, коснувшись губами мочки:
— Он сегодня трахнет твою жену в жопу.
Сергей замер с бокалом в руке.
— Он выебет меня в задницу, — продолжала Марина, и голос её дрожал, но не от страха — от предвкушения. — И сделает из меня шлюху. И каждую ночь ты будешь лизать мои оттраханные дырочки.
Она провела языком по его уху, оттянула мочку зубами и отступила на шаг.
— Но он не должен знать, что ты знаешь, — сказала она уже обычным голосом. — Это будет наш секрет. Мне так хочется. Пусть думает, что сам всё устроил. Пусть чувствует себя самцом.
Сергей поставил бокал. Кивнул. Его руки чуть дрожали.
Марина вернулась к Роману. Сергей поднялся наверх — якобы проверить, всё ли в порядке в гостевой, — и они остались вдвоём в гостиной. Марина стояла у окна, спиной к Роману, и смотрела на сад за стеклом. Тишина в комнате стала плотной, как тесто.
Она обернулась. Глаза её блестели, и в них было что-то хищное, голодное. Голос, когда она заговорила, дрожал — но не от робости.
— Ром, — сказала она. — Ты помнишь? Тогда, давно... Ты хотел... — она запнулась, провела языком по нижней губе. — Мы не закончили.
Роман нахмурился. Складка между его бровей углубилась. Он явно не понимал, о чём речь, и это его тревожило. Марина замужем, муж в доме, и она говорит о чём-то из прошлого, что-то вспоминает, а он не может ухватить, и боится ошибиться — сказать лишнее, выдать себя, поставить её в неловкое положение.
— Марин, я не очень-то... — он повёл рукой, ища слова. — Не припомню, честно. О чём ты?
Марина шагнула к нему. Ещё шаг. Расстояние между ними сократилось до вытянутой руки. Она смотрела ему прямо в глаза — снизу вверх, потому что он был на голову выше.
— Ты хотел взять меня сзади, — прошептала она. — В задницу. Тогда, когда я была девочкой. Твой член был такой огромный, толстый — мой анус не мог бы его принять. Не тогда.
Роман сглотнул. Кадык его дёрнулся.
Марина отвернулась, и в этом повороте была неторопливость кошки, которая знает, что добыча никуда не денется. Она была сейчас королевой — фигура, которая за годы стала более женственной, более выраженной. Бёдра округлились, грудь налилась, талия осталась тонкой, а загорелые ноги двигались с ленивой уверенностью. Юбка чуть качнулась. Марина двумя пальцами подхватила подол, задрала его до талии и прогнулась, уперев руки в подлокотник кресла. Под юбкой — ничего, кроме загорелой кожи, большого аппетитного зада и промежности, в которой поблёскивала стальная анальная пробка. Кружок её основания плотно сидел между ягодицами, и вокруг неё кожа была чуть светлее — след от постоянного ношения.
Роман выдохнул. Член под тканью штанов дёрнулся, и он не мог это скрыть.
Звук двери. Ключ в замке, поворот ригеля.
Марина в одно движение опустила подол, выпрямилась, повернулась к двери. Щёлкнула застёжка на серёжке — проверила, на месте ли. Лицо её приняло выражение спокойного гостеприимства.
Сергей вошёл, держа в руках картонную коробку — что-то из мастерской.
Есть женщины в американских селеньях