Категории: Измена | В попку
Добавлен: 02.10.2026 в 18:54
Романа она спрятала обратно в штаны — молнию он застегнул сам, дрожащими пальцами. Она вернулась на стул как раз в тот момент, когда Сергей вошёл с бутылкой в руках.
— Вот, нашёл, — сказал он.
Марина поднялась, подошла к мужу, обняла его за шею и поцеловала — прямо в губы, мягко, долго. Её губы, ещё мокрые от слюны и от чужого члена, прижались к его губам, и язык скользнул внутрь — быстрый, тёплый, с привкусом. Сергей ответил на поцелуй, и Марина отстранилась с полуулыбкой, глядя через его плечо на Романа. Взгляд её говорил: вот, он целует мои губы, которые только что сосали твой член. Он главный самец. А муж будет целовать меня и пробовать твою сперму с моих губ.
Роман отвернулся к окну.
Ужин продолжился. Марина ела, пила, шутила — и играла. Под каждым предлогом. Уронила вилку — ах, как неловко — и соскользнула под стол, на колени. Проползла под скатертью к стулу Романа. Сергей сидел напротив и продолжал резать стейк, не глядя вниз.
Роман почувствовал, как пальцы расстёгивают его штаны снова. Член ещё не опал — стоял, дёргался. Марина вытащила его и взяла в рот одним движением, до самого основания. Головка упёрлась в горло, и Марина начала сосать — глубоко, горячо, влажно, работая языком по стволу в такт движениям головы.
— Вилка глубоко упала, — сказала Марина, вытащив член изо рта на секунду, и снова заглотила.
Сергей кивнул, не отрывая взгляда от тарелки.
— Поищи хорошенько, — сказал он.
Роман вцепился пальцами в край стола. Браслет на его запястье впилась в кожу. Он поддерживал разговор с Сергеем — о работе, о командировке, о погоде — а под столом Марина сосала его член так, что ствол ходил в её горле поршнем, мокрый, скользкий, и мошонка каждый раз шлёпала о подбородок. Несколько минут — и Роман не выдержал. Сперма рванула из него толчками — густая, белая, горячая. Марина стиснула губы у основания, глотая, но часть вылилась из уголков рта, стекла по подбородку, капнула на рубашку.
Она вылезла из-под стола, вытирая подбородок тыльной стороной ладони. Облизывалась. Сияла — вся, от глаз до кончиков пальцев. Подошла к Сергею, обняла, поцеловала в губы — долго, глубоко, языком. Сергей ответил, не отстранился. Роман смотрел, и член его под столом, уже опавший, снова дёрнулся.
Ночь. Дом затих. Сергей спал наверху, в их спальне. Гостевая комната Романа была на первом этаже, у террасы.
Дверь скрипнула. Марина вошла без стука. На ней была ночная рубашка — тонкая, до середины бедра, ничего под ней. Волосы распущены, падают на плечи.
Роман сидел на краю кровати в трусах и майке, и при виде её встал. Член под тонкой тканью трусов уже стоял — рвался наружу, бугрился, головка выглянула из-под резинки.
Марина подошла, сбросила ночную рубашку на пол. Встала перед ним — нагая, загорелая, с большой грудью, твёрдыми сосками, тёмной щелью между ног. Потом повернулась, подошла к кровати, встала на колени и прогнулась — раком, выставив зад.
— Выеби меня в задницу, — сказала она, и голос её был тихим, дрожащим. — Как тогда хотел. Как ты хотел тогда.
Она потянулась рукой назад, вытащила пробку — медленно, с тихим чавкающим звуком. Анус остался открытым. Зиял — тёмный, растянутый, влажный. Ждал.
Роман спустил трусы. Член встал вертикально — двадцать шесть сантиметров, толстый, как запястье, с багровой головкой и вздутыми венами. Он подошёл к Марине, и она обеими руками развела ягодицы шире.
Проникновение было мгновенным. Один толчок — и ствол вошёл в анус целиком, до основания. Марина вскрикнула — коротко, сдавленно. Мышца
Нет, я не хочу