Потом на кровать родителей перешли. Она минет попробовала — неуклюже, но мило. Я её и так, и этак вертел: ноги на плечи — и входил глубже; на бок поворачивал — и чувствовал, как по-другому, как туже; на колени ставил — и видел, как она прогибается, как груди её касаются простыни. Она ведомая была, меня это устраивало.
Чувствую — кончаю. Вытащил. Кончил на живот, на грудь — крупно, горячо. Я смотрел на это и не верил, что это происходит со мной.
Она без сил лежала. Я на руках её в душ отнёс. Там стояли обнявшись. Молчали.
Она уснула сразу. А я лежал, смотрел на неё и думал: «Господи, как же хорошо. Как же мне хорошо. Два года ждал — и не знал, что жду».
И ни одной мысли, что это неправильно. Ни одной.
Прошло много лет. Она замужем, у неё двое детей. Я женат, у меня двое. Но мы до сих пор трахаемся. Не часто, но находим время. Встречаемся в гостинице, в машине, на съёмной квартире. То раз в полгода, то чаще — как жизнь позволит. И каждый раз нам так же хорошо, как в ту самую ночь. Когда я смотрю на неё, я снова вижу ту девчонку — восемнадцатилетнюю, смеющуюся, с белой полоской на лобке. И мне опять становится спокойно.
Репетиция медкомиссии