можно винить меня одну. А Агнет? Мадам наказали розгами и отдали на потеху молодым офицерам, заставив меня смотреть, как ее терзали в немыслемых для меня доселе вариациях. Как можно столь жестоко обращаться пусть и с прислуглй? Неужто заслужила она, расплачиваться за мои грехи? Или это я... Может потому что столько лет я распутствовала, греховно ублажая эту даму? Все дело в этом?
...
15 октября 1877 года от Рождества Христова.
Несмотря на все попытки Мари расстроить празднество, я - Строгова. А эта маленькая паршивка так и осталась ни с чем. Лишь больший круг лиц оказался вовлечен в ее позор и бесчестие. Распрощавшись тогда с плевой эта глупая дура лишилась и будущего. Сомневаюсь что с ее бешенством матки она вообще окажется кому-то полезной... В этом всем мне жаль лишь Агнет. Хотя быть может и к лучшему. Я сделала все, чтобы она ни в чем больше не нуждалась. Строгов снял для ее квартирку и обеспечил содержание. Все же мадам ростила меня. Да и к тому же он знает мою слабость...
Почему же он был мне столь неприятен прежде? На деле его распутство и изобретательность во всяких непристойностях приятно поражает. Приятно, когда супруг способен разделить желания, в чем-то даже приумножив их... А его страсть к срамному? Не могла и подумать, что столь сладко бывает от такого владения мужчиной...
Вика закрыла дневник, решив, что пока достаточно. Странное чувство внутри мешало осмыслить прочитанное. "Эксперименты с няней, предательство сестры, что поставило под вопрос всю дальнейшую жизнь, замужество, что поивнесло новые пикантные краски... Той Вике пришлось пройти столько испытаний, что быть может и не удивительно, что в итоге она стала такой..." - раздумывала женщина. Ей захотелось отвлечься от всего этого. Она решила прогуляться по дому, осмотрев свои новые владения.
Первой стала комната мужа, в которой проходил вчерашний вечер. Вика порылась в ящике с игрушками, осматривая арсенал прмпособлений. "Интересно, кто же все это сделал? Такая ювелирная работа..." - думала она. В комнате было еще две двери, одна из которых вела в уборную, а вторая по всей видимости в кабинет супруга. В ящике стола, ей попалась интересная находка. Неописуемой красоты шкатулка из резного заморского дерева, но самое интересное было внутри. Целый набор чёрно-белых фотокарточек, на которых была и Вика, и Строгов, и еще какие-то люди. Обнаженные и в процессе совокуплений. На некоторых Вика и Михаил были значительно моложе, хотя даже так была отчетливо заметна их разница в возрасте...
Другая комната принадлежала дочкам. Убранство было более милое, что ли. Хоромы принцесс. Но только ничего интересного там, увы, она не обнаружила, хотя быть может и искала не слишком усердно. Собственно как и в комнате Павла.
Закончив свои исследования в гостиной, женщина подошла к окну, увлеченно наблюдая за жизнью, что кипела на улице. Туда-сюда сновали люди, хаотично передвигаясь во все стороны. "А тут не так уж плохо..." - снова подумала она.
Вера вернулась к обеду, и Вика вместе с детьми провели совместный прием пищи, почти никак не контактируя. Нашкодивший Павел все так же отводил глаза, опасаясь зрительного контакта. Девчонки же сегодня обе были непоседами, то и дело отвлекаясь и о чем-то перешептываясь. После обеда Вика вновь пошла к себе, решив продолжить чтение дневника...
...
13 марта 1878 года от Рождества Христова.
Интересно, ежели исповедаться нашему батюшке обо все моих согрешения и на яву, и в мыслях, сколь суровым будет мне наказание? Насколько далеко я ушла от Бога, отдавшись во власти Садома..?
Любовь к женщине, любовь к мужчине, любовь к... и братьям нашим меньшим. А почему не
Исчезнувшая (Части 1 - 2)