Лейла накрыла его руку своей и сама направила ниже, к бедру.
Его дыхание стало глубже. Пальцы поглаживали её колено поверх юбки, медленно поднимались и снова возвращались, не торопя её. Эта неторопливость сводила с ума сильнее любой дерзости.
Лейла чувствовала себя не преподавательницей, не руководителем студенческой группы и даже не Шамаханской принцессой. Просто женщиной — живой, желанной и неожиданно смелой.
— Лейла, — произнёс он её имя так, будто пробовал его на вкус. — Вы удивительная.
— Ты слишком быстро делаешь выводы.
— У меня осталось пять часов, чтобы проверить.
Она беззвучно рассмеялась ему в губы.
Когда в проходе показалась стюардесса, они даже не отстранились друг от друга, потому что сейчас их занимало совсем другое, да и с этой стюардессой они вряд ли ещё когда-нибудь встретятся.
Это было глупо, красиво и совершенно не предназначено для проверки дневным светом.
Лейла поцеловала его первой. Ли накрыл их пледом с головой и стал так страстно целовать её, что она непроизвольно застонала. «Продолжай», — прошептала Лейла, и Ли понял, что может действовать смелее. Когда его руки стали раздвигать её колени, она сама подалась к нему и раздвинула их ещё шире. Его ласковые и умелые пальцы стали ласкать набухшие губки её промежности и двигались всё увереннее. Принцесса откинула спинку кресла и убрала подлокотник. Теперь они были настолько близко, что Ли догадался опуститься перед ней на колени, а она подняла правую ногу и положила её на опустевшее кресло. Его язычок работал умело и очень ласково. Теперь кружевное облачко было лишним, и он ловко убрал его совсем, но не вернул хозяйке. Ли вдохнул аромат Лейлы, лизнул нежную ткань трусиков именно там, где она ещё недавно касалась писи хозяйки, легонько застонал от удовольствия и быстро сунул их в карман брюк. «Теперь моё, не отдам!» — прошептал он и принялся жарко целовать её писю ещё и ещё. Лейла потекла, и её клитор набух. Язычок соседа ласкал всё это великолепие и приносил Лейле столько удовольствия, что она только и шептала: «Ещё, ещё...» Её тело извивалось от прикосновений его умелых рук, губ и язычка, а волны удовольствия поднимались из самых недр всё выше и просились наружу. Когда он ввёл в неё два пальца и нашёл там заветную точку, Лейла больше не могла сдерживаться. Вместе со стонами из неё вытекал сок удовольствия, а волны оргазма, казалось, вырвались наружу огненными искрами и рассыпались по всему телу. Ли это так понравилось, что он не переставал шептать слова любви и слизывать весь сок, который так щедро вытекал из её влагалища.
Её оргазм был очень ярким и долгим. Она ещё долго приходила в себя, а когда её отпустило, поняла, что хочет большего: не только оральных ласк, но и всей его мощи внутри себя. Это желание было невозможно игнорировать.
Через несколько минут она поднялась и направилась в хвост салона. Не оглядывалась, но знала, что он понял. В маленьком зеркале возле двери туалета её отражение выглядело непривычно: щёки горели, волосы растрепались, глаза блестели.
«Лейла Ивановна, — строго сказала она себе. — Вы летите на научную конференцию».
Шамаханская принцесса в зеркале явно имела на эту ночь другие планы, ведь начало было положено и тело требовало продолжения банкета.
Ли Вэй подошёл чуть позже. Остановился рядом, ожидая решения.
Случай в больнице