было ни прошлого, ни будущего. Был только лес, горячее солнце, запах листьев и два тела, внезапно узнавшие друг друга.
Лейла обвила его ногами и притянула ближе. Тимур крепче прижал её и поцеловал страстно и нежно одновременно.
Она не сдерживала стонов. Их уносил ветер над озером; слышать могли только птицы и лес.
— Лейла... — повторял Тимур.
От того, как он произносил её имя, удовольствие становилось острее.
Она целовала его губы и плечи, проводила ногтями по спине, чувствовала, как под ладонями напрягаются мышцы. Их дыхание смешивалось, листья шуршали всё громче, а солнечные пятна качались перед закрытыми глазами.
Лейла дрожала и прижималась к нему всё крепче.
Тимур отвечал ей поцелуями и снова повторял её имя.
Когда удовольствие ещё раз достигло предела, Лейла вскрикнула и спрятала лицо у него на плече. Тимур обнял её ещё крепче. Последняя волна накрыла Лейлу, оставив после себя слабость, тишину и золотые листья, прилипшие к коже.
Несколько минут они лежали не двигаясь.
Потом Лейла открыла глаза и увидела над собой совершенно синее небо.
— Что мы наделали? — прошептала она.
— А чем, по-твоему, занимались боги? — спросил Тимур.
Она рассмеялась, хотя смеяться совершенно не полагалось.
Стыд никуда не исчез. Он смешался с восторгом, страхом быть пойманной и странной нежностью к мужчине, которого полчаса назад она даже не знала.
Тимур осторожно убрал лист из её волос.
— Я ни о чём не жалею, — сказал он.
Лейла не ответила. Она обняла Тимура, прижалась к нему и на несколько мгновений закрыла глаза, запоминая его тепло. Потом поцеловала в последний раз — медленно, глубоко — и первой разомкнула объятие.
Она одна вошла в озеро.
Холодная вода поднялась до колен, до бёдер, до талии. Лейла шла всё глубже, смывая с кожи песок и листья, но продолжала чувствовать на себе прикосновения Тимура.
Он остался на берегу. Накинул рубашку, взял фотоаппарат и поднял его, но не нажал на кнопку — ждал.
Лейла остановилась по пояс в воде, повернулась к нему вполоборота и отбросила мокрые волосы за спину. Это было разрешением.
Щёлкнул затвор.
Тимур опустил фотоаппарат, заметил на пне её бесстыдные красные трусики, ловко подхватил их, с восторгом вдохнул оставшийся на кружеве запах Лейлы и спрятал в карман брюк.
— На память, — сказал он.
Лейла покраснела, но согласно кивнула.
— Как я тебя найду? — спросил Тимур.
— Никак.
Он кивнул, но в его глазах мелькнула улыбка.
— До встречи, принцесса.
— Я сказала: никак.
— А я сказал: до встречи.
В этот миг из леса донёсся голос:
— Лейла!
Она резко повернула голову. Между деревьями уже показался Артём.
Лейла оглянулась на Тимура, но берег за её спиной был пуст. Он исчез вместе с фотоаппаратом так бесшумно, словно лес принял своего бога обратно.
Через несколько секунд муж вышел к озеру. В одной руке он держал корзину с груздями, в другой — огромный белый гриб.
— Ты чего такая красная?
Лейла поправила влажные волосы и посмотрела на озеро.
— Вода холодная.
— Я же говорил, не купайся в сентябре.
— Мне хотелось, чтобы ты вернулся раньше.
— Я же ненадолго, — ответил Артём и поднял гриб, любуясь им. — Смотри, какой красавец.
Не заметив, что Лейла промолчала, он направился к машине.
Лейла подняла с земли свою рубашку. К ткани прилип маленький жёлтый лист.
Она сняла его и спрятала в карман джинсов.
Домой они ехали молча. Лейла сидела с закрытыми глазами, прислонившись к стеклу, и вспоминала Тимура: его сильные руки, горячие губы и пенис — такой красивый и твёрдый! Как она сжимала его в руках, гладила влажную от желания головку и подтянувшиеся упругие яички, которые после близости стали мягкими и спокойными. Его семя оставалось в ней до самой последней капельки, и
первая измена мужу (часть2)