Был тёплый летний вечер. В трёхкомнатной квартире на пятом этаже хрущёвки царил полумрак. Мария, 43-летняя женщина с пышными формами и густыми каштановыми волосами, только что вернулась с работы. Она скинула туфли прямо в прихожей, даже не поставив их на полку, прошлёпала по коридору и зашла в спальню.
Лучи заходящего солнца отбрасывали тёплый золотистый свет на старую мебель, комод с зеркалом, широкую кровать, покрытую шёлковым покрывалом, стены с выцветшими обоями и горшок с геранью на подоконнике.
Мария подошла к шкафу, открыла дверцу и начала расстёгивать блузку. Пальцы ловко скользили по пуговицам, обнажая сначала ключицы, потом кружевной лифчик, едва сдерживающий её большую грудь. Она стянула блузку, бросив её на спинку стула, и потянулась, выгибая спину. Чёрная юбка облегала её бёдра. Она расстегнула застёжку на юбке, и та упала к ногам, открывая кружевные трусики и тонкие чулки с резинками на полных ляжках.
Мария подошла к зеркалу, провела рукой по своей талии, задержалась на округлых бёдрах и довольно улыбнулась своему отражению.
И тут краем глаза она заметила движение в щели неплотно закрытой двери.
Это была Наташа, её 18-летняя дочь, которая стояла в коридоре, затаив дыхание и подглядывала за матерью. Мария почувствовала, как по её телу прокатилась волна жара, но она не остановилась и не стала прикрываться. Вместо этого она медленно и вызывающе завела руки за спину, расстегнула бюстгальтер и сняла его, обнажив большую, тяжёлую грудь с крупными тёмными сосками.
Затем медленно прошлась по комнате, покачивая бёдрами, наклонилась, словно поправляя покрывало на кровати, выставив задницу прямо в сторону двери. Задержалась в этой позе на пару секунд, затем выпрямилась, повернулась и, глядя прямо в щель двери, томным голосом произнесла:
— Наташа... ну, что ты подглядываешь, доченька? Заходи, не стесняйся, моя хорошая. Помоги маме переодеться.
Голос Марии звучал нежно и бархатисто.
Наташа несмело приоткрыла дверь шире. Сердце её колотилось, словно молот, щёки горели румянцем. Она сделала шаг, потом другой, и замерла посреди комнаты, не зная, куда деть руки.
Мария плавно развернулась, встретившись взглядом с дочерью. Она шагнула вперёд и подошла вплотную к Наташе.
— Тебе нравится то, что ты видишь, моя хорошая? - спросила Мария с лёгкой хрипотцой.
— Да, - выдохнула она едва слышно, - Очень нравится.
Мария улыбнулась, медленно провела пальцем по ключице Наташи, спустилась к вырезу её халатика.
— А что именно тебе нравится, моя сладкая? - прошептала она, наклонившись к самому уху дочери, - Скажи мамочке... Не стесняйся...
Наташа закрыла глаза, чувствуя, как дыхание матери щекочет её шею.
— Всё, - прошептала она дрожащими губами, - Твоя грудь... бёдра... как ты двигаешься... Я... я давно смотрю на тебя, мам... Когда ты переодеваешься... когда спишь...
Мария тихо рассмеялась, и этот смех прозвучал как мурлыканье сытой кошки.
— Глупышка моя.
Она взяла лицо дочери в ладони, заглянула ей в глаза.
— А я то думала, когда же ты, наконец, решишься мне признаться... Я ведь тоже всё замечала, доченька. Видела, как ты смотришь на меня, в последнее время, когда я из душа выхожу, когда переодеваюсь... Думаешь, я слепая?
Наташа покраснела до корней волос, и опустила глаза.
— Мам, прости, я не...
— Не надо извиняться, глупенькая, - перебила её Мария.
Она взяла дочь за подбородок и мягко приподняла её лицо, заставляя смотреть себе в глаза, - В этом нет ничего постыдного. Ты уже взрослая девушка, тебе восемнадцать. Тело просит, кровь играет... Я всё понимаю. Я такая же была в твои годы. Ты моя кровинка. Моя девочка. И если тебе нравится на меня смотреть... смотри, но... можно и не только смотреть.
Наташа часто задышала, её грудь взволнованно вздымалась. Она смотрела в глаза
Обьяснение для Мужчин некоторых часто задаваемых вопросов.