дрожащая, была прижата к её ногам, а сзади возвышался массивный кассир. Он снова нацелился в её размякший, растянутый анус, который всё еще блестел от смазки и соков.
— Смотри, как твоя дочь расплачивается за продукты, — прорычал кассир, глядя прямо в глаза матери.
С резким, животным рывком он вогнал свой член в задний проход дочери по самые яйца. Девушка вскрикнула, её тело дернулось, и она сильнее вжалась лицом в колени матери, ища в них какую-то опору, пока сзади её буквально разрывало на части. Кассир начал ебать её в этой позе с невероятной жестокостью. Каждый его удар был таким мощным, что тело дочери содрогалось, а её груди тяжело колыхались перед глазами матери.
Звуки в комнате стали невыносимо грязными: громкие, влажные шлепки плоти о плоть смешивались с хриплым дыханием кассира и всхлипами дочери. Он вбивал свой ствол в её узкую дырку, заставляя её задницу краснеть от яростных толчков. Мать чувствовала, как дочь дрожит, прижимаясь к её коленям, и это только сильнее разжигало её собственное возбуждение.
— Да... еби её... — прошептала мать, не в силах отвести взгляд от того, как член кассира входит и выходит из задницы её дочери, вытягивая за собой слизь.
Кассир почувствовал, что пик уже близко. Его движения стали короткими, рваными и максимально глубокими. Он вцепился в бедра дочери, почти вминая её в колени матери, и с утробным рычанием нанес последние, самые сокрушительные удары.
— Сейчас я залью в тебя всё до капли, сучка! — проорал он.
С мощным толчком он вбил свой член максимально глубоко, почти касаясь её внутренностей, и замер. Его тело напряглось, и он начал с силой кончать прямо в её анус. Дочь выгнулась, издав долгий, затихающий стон, чувствуя, как горячие струи густого спермы заполняют её кишечник, распирая его изнутри.
Кассир продолжал пульсировать внутри неё еще несколько секунд, выкачивая в неё весь свой заряд, пока дочь, обессиленная и полностью использованная, обмякла, уткнувшись лицом в колени матери. Когда он наконец выдернул свой член, из её заднего прохода с влажным звуком вытекла часть белого семени, смешанного с её соками, стекая по бедрам на пол.
Кассир тяжело дышал, глядя на результат своей «оплаты», а мать смотрела на свою дочь, которая лежала перед ней, раздвинув ноги и полностью заполненная чужим семенем.
Кассир, тяжело дыша и поблескивая влажным членом, посмотрел на мать. Его взгляд был жадным и оценивающим. Он не хотел отпускать их так просто, решив, что для полного завершения «сделки» и окончательного закрытия счета, мать тоже должна оставить свой след в этой комнате.
— Чтобы оплата была принята в полном объеме, — ухмыльнулся он, — твоя дочь должна отблагодарить тебя за то, что ты позволила ей быть полезной. Отлижи своей матери, и на этом мы закончим.
Мать, чье возбуждение достигло предела от созерцания того, как её дочь была развращена и заполнена спермой, не заставила себя ждать. Она с жадным выражением лица медленно приспустила свои штаны до самых колен, обнажая свою сочную, налитую кровью киску. Она осталась в белье, которое с треском сдернула в сторону, выставляя свои влажные губы на всеобщее обозрение.
Дочь, всё еще дрожащая, с размазанными слезами на щеках и затекшими ногами, медленно поднялась с колен. Она всё еще чувствовала, как сперма кассира вытекает из её заднего прохода, пачкая бедра, но приказ был ясен. Она опустилась перед матерью на колени, глядя снизу вверх на её возбужденную плоть.
— Делай это, — прошептала мать, раздвигая ноги шире и опираясь спиной на лавочку.
Дочь придвинулась ближе и, зажмурившись, припала языком к клитору матери. Сначала робко, но
Бисексуал. Часть 3