неожиданно стать довольно интересным. У меня уже возникла к этому времени сильная эрекция... настолько, что мой член уже болел на ходу, настолько, и мне приходилось несколько раз поправлять его в трусах и брюках… Это была настоящая пытка. Я всё ещё чувствовал тепло ягодиц этой невероятной женщины, хотя я едва дотронулся до них, и передо мной уже виднелись её прекрасные груди, словно эвентуальное предложение к невероятной ночи! Купив у проводницы, что называется, из под полы, пару бутылочек Пепси, я вернулся к Иоланте. Она всё ещё стояла в коридоре. Вылил содержимое одной бутылки в стакан, и протянул его ей, а сам налил себе пепси во второй. И надо же такому случиться, что ровно в тот момент, когда я поднес стакан к губам, внезапный толчок, вызванный резким торможением поезда, лишил молодую женщину равновесия, и она буквально влетела в меня всем своим изящным телом, нечаянно пролив содержимое стакана мне на грудь и полностью залив этой импортной жидкостью мою рубашку. Пережив первоначальный шок, я первым рассмеялся, заверив свою спутницу, что это не имеет значения, учитывая жару! И пошёл в своё купе, где, как я знал, найду в своём чемодане сменную одежду. Достал новую рубашку, и, как раз когда я стоял там без рубашки, услышал, как за мной распахнулась дверь купе. Обернувшись, увидел силуэт Иоланты в дверном проёме, красивую, чувственную и улыбающуюся:
— Я искренне извиняюсь перед тобой, — довольно небрежно произнесла она. - Мне действительно очень жаль.
— Ребёнок, если бы так поступил, наверняка заслуживал бы хорошей порки, не так ли? — добавил я, смеясь, всё ещё повернувшись к ней спиной, чтобы не показывать выпуклость в штанах, которая была ещё более заметна по той самой банальной причине, что оказался я в этот момент с голым торсом:
— А ты попробуй! Отшлёпать меня сейчас было бы очень приятным наказанием. Думаю, для нас обоих!
— Ты такая красивая и настолько озорная, что я…
— И ты бы это сделал? Прямо сейчас? — смешливо парировала Иоланта с обиженным видом. - Ты бы придал моей попке пурпурный оттенок своими ладошками? Как маленькой девчонке?… Ах, какая наглость!
В то же самое время я видел, как её раскосые глаза засияли новыми красками при мысли об этой сцене, и её всю ту же слегка озорную улыбку. И самое главное, я мог видеть прямо перед собой, сквозь легкую ткань её летнего платья, отчетливо выступающие кончики её грудей. Меня внезапно захватило сильное желание, в голове помутилось, и, схватив Иоланту за руку и сев на полку, я посадил её себе на колени, схватив за запястья. Нисколько не испугавшись и не смутившись, а лишь посмеиваясь, вероятно, над моей юношеской прытью, она лишь немного театрально ерзала на мне всем телом, задирая ноги и невольно приподнимая при этом полы платья. Невольно или намеренно? Я приподнял руку, делая вид, что собираюсь отшлёпать Иоланту по попке, когда более резкое движение с её стороны заставило платье задраться ещё выше и передо мной предстали белые трусики из блестящей ткани, несомненно, шелка. Завороженный видом её ягодиц, которые я живо представил себе под куском ткани, я замираю в молчании, подняв руку, безмолвным болванчиком… Против моей воли, моя правая рука медленно опускается, и, не в силах остановиться, касается полных, великолепных округлых форм её попки…
— Ну что же ты, мой милый искуситель, отступаешь?! Сдаёшься?
Голос ироничен, почти насмешлив. Я не вижу её лица, только изящную шею и,
Моя любовь