дымом откуда-то издалека. Я села на ступеньки и обхватила себя руками. В голове было странно тихо. После всей прошлой ночи осталась только тяжёлая, вязкая пустота и одна чёткая мысль, которая пришла ещё под утро и теперь не уходила:
Мое тело хочет принадлежать мужчине. Но не им. Не Максу с его победным взглядом. Не Андрею с его уверенными, наглыми руками. Мне не хватает чего-то, но я сама могу понять, чего именно.
Мне нужен кто-то другой. Тот, кто даст мне то, чего я сама пока не понимаю. Тот, с кем этот зуд внутри наконец-то замолчит. Мысль была ещё смутной, почти бесформенной, но уже цепкой. Она сидела где-то глубоко и ждала своего часа.
Через полчаса все проснулись начали собираться. Макс вышел первым - в той же рубашке, что вчера, волосы взъерошены, на лице спокойное, довольное выражение. Он выглядел человеком, который наконец получил то, чего очень долго хотел. Ника появилась следом. Рыжие волосы собраны в небрежный пучок, на шее тёмный след, который она даже не пыталась скрыть. Когда наши взгляды встретились, она просто слегка кивнула. Без улыбки. Без злости. Будто мы обе уже всё поняли.
Андрей вышел последним, сразу нашёл меня глазами и подошёл. Его ладонь легла мне на поясницу - привычно, собственнически.
— Как ты? - тихо спросил он.
— Нормально, - соврала я.
Он не стал давить. Просто коротко сжал пальцы и пошёл к машине.
Дорога до города прошла почти в полном молчании. Радио играло тихо. Макс иногда бросал короткие фразы Нике, она отвечала односложно. Я сидела у окна и смотрела, как мелькают деревья. Тело всё ещё гудело. Андрей снова положил руку мне на бедро. Я не убрала. Но и не придвинулась ближе.
Внутри росло странное, новое ощущение. Не просто усталость. Не просто сытость после слишком большого количества секса. А ощущение, что я уже перешагнула какую-то невидимую черту. И путь назад, даже если он ещё существует, становится всё уже и всё менее желанным.
Парни оставили нас у дома, и мы с Никой также молча поднялись в квартиру, где моя подруга сразу пошла в душ. Я осталась на кухне. Руки слегка дрожали, когда я ставила чайник. Тело было тяжёлым - не от усталости даже, а от переизбытка всего, что произошло за последние сутки.
Я успела только переодеться и налить чай, когда в дверь позвонили.
Ника вышла из ванной в халате, волосы ещё мокрые, и пошла открывать.
— Дима? - удивлённо сказала она. - Ты же завтра только собирался...
В прихожую вошёл парень. Высокий, худощавый, светлые чуть взъерошенные волосы, светло-серые глаза. Ему было лет восемнадцать. В простой белой футболке и джинсах, с небольшим рюкзаком. Выглядел он одновременно собранным и очень юным.
— Привет, - сказал он, чуть смущаясь. - Я на сегодняшнюю электричку успел. Завтра утром собеседование на подготовительные, решил приехать сразу и нормально выспаться. Можно я у тебя переночую?
Ника вздохнула, но улыбнулась.
— Конечно, можно. Заходи. Карина, это Дима, мой младший брат. Дима, это Карина... моя подруга. Она пока живёт у меня.
Он поднял глаза на меня — и на секунду замер.
Я стояла босиком, в коротких домашних шортах и тонкой белой майке без бюстгальтера. Волосы были распущены, на шее, наверное, ещё остались следы прошлой ночи. Его взгляд скользнул вниз быстро, почти испуганно, потом вернулся к моему лицу. Щёки сразу залило лёгким румянцем.
— Привет, - тихо сказал он и протянул руку.
Я вложила в неё свою. Его ладонь оказалась тёплой и немного влажной.
— Привет, Дима.
Ника уже махала рукой в сторону комнаты.
— Рюкзак кидай куда удобно. Я быстро по делам и потом сразу
Вальриса. Компромисс (часть 3)