скользил всё глубже, растягивая меня. Хлопок двери наверху заставил нас отпрянуть в нишу у мусоропровода. Люди прошли мимо, не заметив, и я подавила смешок — трахаться в подъезде с этим «мальчиком» было безумно, но так возбуждающе.
Мы поднялись домой, всё ещё дрожа от возбуждения. Родители и их друзья, напившись коньяка и водки, уже спали, развалившись по диванам и креслам. Дом был наполнен храпом и криками из телевизора, никто не заметил нашего возвращения. Антон закрыл дверь моей комнаты на запор, и я почувствовала, как сердце снова заколотилось. Его худенькое тело, освещённое настольной лампой, выглядело таким невинным, но глаза горели голодом. Он шагнул ко мне, и я, не удержавшись, поддразнила:
— Ну что, братик, ещё не устал?
Он усмехнулся, схватил меня за талию и притянул к себе. Его губы накрыли мои, поцелуй был жадным, глубоким. Руки Антона скользнули под блузку, расстёгивая пуговицы одну за другой. Ткань упала на пол, обнажив мой кружевной лифчик. Он нетерпеливо расстегнул его, и моя грудь, небольшая, но упругая, оказалась в его ладонях. Пальцы сжали соски, слегка их покручивая, и я застонала, чувствуя, как они твердеют под его касаниями. А его внешность только усиливала моё желание — этот «ребёнок» так уверенно ласкал меня, и я млела от этого контраста.
Антон толкнул меня на кровать, и я упала на мягкое покрывало, глядя, как он сбрасывает футболку и джинсы. Его член, огромный и твёрдый, снова поразил меня — такой не вязался с его детским телом, ведь даже волос на его паху не было, словно он сбривал их, чтобы выглядеть ещё более невинным. Я притянула его к себе, обхватив ногами. Он вошёл медленно, позволяя мне почувствовать каждый сантиметр. Сколько в нём было? Точно больше чем у моего прошлого парня, а ведь у того был двадцать один! Я ахнула, выгибая спину, киска сжимала его ствол, всё ещё влажная от предыдущих оргазмов. Антон трахал сестру с неспешной уверенностью, его руки гладили мои бёдра, грудь, шею. Я шептала: «Давай, малыш, глубже!» — и он ускорял ритм, каждый толчок отдавался сладкой дрожью. А мне лишь хотелось, чтобы он трахнул меня ещё е ещё!
Мы меняли позы, не в силах остановиться. Он развернул меня на бок, прижавшись сзади, его член входил под новым углом, касаясь самых чувствительных точек. Я стонала, кусая подушку, чтобы не разбудить родителей. Его пальцы нашли клитор, лаская его круговыми движениями, пока я не задрожала от очередного оргазма. Антон не останавливался, его дыхание было тяжёлым, он шептал мне на ухо: «Сестрёнка, ты такая горячая…» Я повернулась, оседлала его, чувствуя, как его огромный член заполняет меня полностью. Двигалась ритмично, глядя в его юное лицо, искажённое удовольствием. Это зрелище — мальчишка, трахающий меня с такой страстью — доводило до безумия.
Часы тикали, ночь текла, а мы всё не могли насытиться. Антон трахал сестру снова и снова, то яростно, то нежно, то ставя меня на колени, то прижимая к стене. Его член, такой нелепо большой для его внешности, входил в меня, и я кончала, теряя счёт оргазмам. Наконец, он прижал меня к кровати, вошёл глубоко и излился, его сперма хлынула в меня, горячая и обильная. Я задрожала, достигая пика, и рухнула рядом, тяжело дыша. Мы лежали, обнявшись, его рука гладила мою грудь, а я всё ещё не могла поверить, что этот «мальчик» так меня взял. Родственники спали, не слыша наших стонов, и мы, смеясь, целовались, зная, что эта ночь останется нашей тайной.
Татьяна Николаевна