перевернул, снова посмотрел. Всё те же две полоски. В голове было пусто. Секса у нас не было уже два месяца. У неё постоянно «болела голова» или "очень устала» или «просто не в настроении». Каждый раз мягкий, вежливый отказ.
Держа тест в руках, сел прямо на пол. Если она беременна... И если последний раз мы были вместе больше двух месяцев назад... Значит...
— --
Кирилла нашёл в небольшом кабаке на окраине города, где он, по слухам, любил зависать. Место шумное, пахло дешёвым виски и сигаретами. Мажор, же изрядно навеселе, сидел у барной стойки, в окружении двух таких же развязных парней.
— Кирилл Воронцов?
— А ты ещё кто такой? - медленно повернул голову, окинул взглядом сверху вниз и криво усмехнулся.
— Нужно поговорить. Помнишь такую Оксану?
— Слышали? Хочет поговорить о какой-то шлюшке! — громко хмыкнул и толкнул локтем одного из своих, — Слушай, мужик, можешь её ебать спокойно! А ещё лучше, иди-ка ты нахуй!
Кирилл поставил бокал на стойку, достал телефон и, не переставая улыбаться, начал что-то быстро набирать.
— Если искал неприятностей... — поднял глаза, — Сейчас они будут.
Через десять минут дверь кабака резко открылась и вошёл крепко сложенный мужик в короткой стрижке. Сразу его узнал — Геннадий, личный охранник Анатолия Воронцова. Пару раз пересекались на корпоративах, где я появлялся из вежливости к отцу.
— Лёша? Ты чего здесь? - на лице охранника мелькнуло удивление.
Прежде чем успел ответить, у него в кармане коротко вибранул телефон. Гена быстро взял трубку и почти без эмоций доложил:
— Да, Анатолий Сергеевич. Нашёл. Кирилл пьяный. Поспорил с Лёшей Филимоновым... Да, тем самим... Понял!
Он сбросил вызов, подошёл ближе и спокойно сказал мне:
— Анатолий Сергеевич приглашает к себе.
Потом без единого слова схватил Кирилла за ворот куртки, рывком поднял со стула и потащил к выходу. Тот пытался вяло возмущаться, но Геннадий даже не слушал.
— --
Когда подъехали к дому Анатолия, сразу увидел во дворе знакомый тёмно-синий внедорожник бати. «Бля, что он тут делает?» — мелькнуло в голове, сердце застучало громче.
Геннадий, не говоря ни слова, вытащил из машины уже совсем размякшего Кирилла и поволок его прямо в гостиную. Я пошёл следом.
В просторной гостиной сидели Анатолий Воронцов и мой отец. Между ними, на низком столе, стояли два бокала с коньяком, раскрытая папка с какими-то бумагами и планшет. Они явно обсуждали дела.
— Здравствуй, Лёша, — Анатолий подошёл и крепко пожал руку, — Выкладывай, чего не поделили с моим оболтусом.
Кирилл, которого Геннадий всё ещё держал за шиворот, взорвался:
— Ты что, блядь, руки ему жмёшь?! Этот урод на меня в баре наехал!! Ты вообще охуел?! Да ну его нахуй!
— Заткнись, — коротко бросил Анатолий, даже не глядя на сына.
Я не стал тянуть, говорил коротко, без лишних слов. Рассказал про субботу, баню, как врала Оксана. Потом достал телефон и показал фотки. Мой отец не мигая смотрел на экран. На переговорах он терпеть не мог пустой болтовни. В обычной жизни был нормальным, компанейским мужиком, с отличным чувством юмора. Но стоило ему сесть за стол, где решались серьёзные вопросы, сразу становился другим человеком.
Анатолий молча пролистал снимки, потом медленно поднял глаза и махнул рукой Гене:
— Доставь сюда... эту...
Пока его не было, Анатолий и отец спокойно продолжили свой разговор, изучая какие-то цифры. Кирилл пытался что-то вяло оправдываться, но после одного тяжёлого взгляда отца замолчал.
Через сорок минут послышались шаги. Геннадий вошёл первым, Оксана следом. Она остановилась на пороге, окинула взглядом всех присутствующих и сразу напряглась.
Сказка о четырёх путниках (из ненапечатанного в 1001 ночи). Рассказ второй