делать то, что мы делали», — сказала Синди. «Это аморально. Не знаю, как я позволила тебе уговорить меня».
«Тогда давай поженимся».
«Оскар, пожалуйста, уходи».
«Мне позвонить тебе позже?»
«Нет, я позвоню тебе — когда буду готова». Она толкнула его, и он, опустив голову, вышел.
Синди заперла дверь за ним и вздохнула с облегчением. Затем она некоторое время сидела за своим столом, стараясь ни о чем не думать, пытаясь забыть о том, что она только что сделала с Оскаром. В последнее время они занимались этим все чаще и чаще, совокупляясь, как пара спаривающихся животных. Это было все, что его волновало, это животное! Это было все, что волновало их обоих. Мужчины! Ей надоели почти все мужчины, которых она могла выносить.
Одного взгляда на пятно от порнографии на её кровати было достаточно, чтобы Синди поняла, что ей нужно убираться оттуда, уезжать из города на весенние каникулы. С Оскаром, который её постоянно донимал, она всё равно не смогла бы заниматься учёбой, и она не могла представить себе, как проведёт следующие две недели в этом пустом общежитии, отвечая на бесконечные звонки Оскара. Она знала, что в итоге согласится встречаться с ним хотя бы раз в день, и знала, чем они в итоге займутся. Ему всегда удавалось уложить её на спину – каким-то образом. Казалось, она теряла сознание, когда он начинал её целовать, и она всегда оказывалась на спине, позволяя ему делать всё, что он хотел – ну, почти всё. Нет, с неё хватит. Она не собиралась проводить следующие две недели в аду. Она собиралась уехать оттуда, и она не собиралась говорить Оскару, куда она едет. На самом деле, она даже не собиралась говорить ему, что уезжает.
Как бы ей ни не нравилась сама мысль о поездке туда, она знала, что есть только одно место, куда можно поехать, не потратив на это много денег. К тому же, она не видела свою мать три года, ни с тех пор, как поступила в колледж, ни с тех пор, как мать развелась с отцом, чтобы выйти замуж за какого-то богатого, так называемого ковбоя во Флориде три года назад. Синди потребовалось совсем недавно, чтобы оправиться от шока и простить мать. Она не горела желанием ехать во Флориду, но там была её мать, поэтому ей придётся ехать туда.
Глейдс. Так называлось ранчо Бака Моргана. Бак был тем человеком, ради которого её мать развелась с отцом. На фотографиях, которые видела Синди, Бак всегда был в ковбойской шляпе, а сын Бака, Шон, выглядел как миниатюрная копия Бака и носил такую же ковбойскую шляпу. Синди была уверена, что вся эта история с ковбоями — это какая-то инфантильная игра, в которую играли Бак и его сын, а теперь и её собственная мать. Она знала, что во Флориде нет ни ранчо, ни ковбоев. Флорида — это сплошные пальмы, аллигаторы и апельсины. Что ж, скоро ей предстояло узнать, за какого человека вышла замуж её мать.
Она позвонила в аэропорт, чтобы забронировать ближайший рейс из Бостона в Форт-Лодердейл, а затем позвонила матери, чтобы договориться о встрече в международном аэропорту Форт-Лодердейла. Синди так с трудом удавалось заставить свою возбуждённую мать замолчать, что у неё едва хватило времени собраться и добраться до аэропорта вовремя. К счастью, она всё-таки успела, и несколько часов спустя, когда её самолёт снижался к международному аэропорту Форт-Лодердейла, Синди почувствовала запах океана и насыщенный аромат тропической флоры. По какой-то причине эти запахи вызвали у неё беспокойство, возбуждение, пульсацию между ног; и, выходя из самолёта, она почувствовала,
Жертва 2-я - 4-я части