был обессилен. Он был смущён. Но больше всего он был возбуждён от того, что она обещала ему завтра.
Второй день был почти как первый. Снова горы посуды, снова заказы, снова усталость до дрожи в коленях. Митя носился между столиками, стараясь улыбаться туристам, но в голове всё ещё стояла вчерашняя сцена. Как Тамара сидела на диване, как её руки касались его, как она шептала те слова, от которых член становился твёрже. И самое страшное -как он согласился. Как он признался в том, что она хотела услышать. Он был трезв теперь, и стыд обжигал его изнутри. Он думал о том, что это предательство -не по отношению к Жанет, а по отношению к самому себе. Он не знал, как смотреть ей в глаза.
Жанет тоже была не в духе. Она стояла у раковины, механически перетирая тарелки, и ненавидела каждую секунду этой работы. Она не привыкла к такому. Её руки, которые привыкли к уходу за собой, теперь были красными и шершавыми от воды и моющего средства. Она чувствовала себя униженной, но молчала, потому что знала -другого выхода нет. Она не видела, что Тамара, проходя мимо, незаметно подсыпала что-то в её стакан с водой. Что-то, что должно было развязать ей язык и ослабить волю.
Тамара действовала плавно. Она подошла к Жанет, когда та вытирала руки.
— Устала?
— Немного, -призналась Жанет, чувствуя, как слова даются легче, чем обычно.
— Пойдём, я налью тебе вина. Хорошего, красного. Мне кажется, тебе нужно расслабиться.
Они сели за маленький столик в углу. Тамара налила вина и начала расспрашивать, как прошёл день. Жанет отвечала, и слова лились сами собой, без обычного контроля. Она начала жаловаться на усталость, на эту дурацкую работу, на то, что чувствует себя здесь не на своём месте.
— Я не привыкла к такому, -призналась она, чувствуя, как алкоголь и что-то ещё делают её язык послушным. -Я всегда думала, что я выше этого. Но вот... стоишь тут, как будто ничего не стоишь.
Тамара сочувственно кивнула, подливая ещё вина.
— Да, это тяжело. Но иногда нам нужно пережить такие моменты, чтобы стать сильнее. Мы с мужем тоже начинали с нуля. Знаешь, что я поняла за это время? Что мужчины -они все одинаковые. Им нужно властвовать. Им нужно чувствовать себя главными. Но иногда их можно использовать. Они не против, если мы делаем это правильно.
Она смотрела на Жанет, как смотрит опытная охотница на добычу, которая уже попала в капкан. Жанет слушала, и ей казалось, что она находит в этих словах что-то важное. Что-то, что она сама чувствовала, но не могла сформулировать. Что-то тёплое разливалось по её телу.
Рустем появился в дверях. Он только что вернулся из мастерской, и его лицо было серьёзным. Он подошёл к столику, не глядя на Жанет, но говоря так, чтобы она слышала:
— Я слышал историю. Про ту машину. Ты, Радик... ну, ты поняла. Он уже всем рассказал, как ты ублажала его.
Жанет замерла. Её лицо побледнело. Вино в стакане вдруг показалось ей слишком горячим.
— Что ты сказал?
— Только то, что знаю, -Рустем пожал плечами с деланным безразличием. -Я с Радиком знаком много лет. Если он говорит, значит, это правда. Он не врет в таких вещах. И он сказал, что ты сама предложила. Что хотела сбить цену.
Жанет почувствовала, как земля уходит из-под ног. Она хотела отрицать, но слова застряли в горле. Она чувствовала на себе взгляд Тамары -изучающий, спокойный, всё понимающий.
Тамара мягко коснулась её руки.
— Не бойся, девочка, -сказала она. -Я не осуждаю. Я сама делала такие вещи. Иногда
ДОРОГА НА ЮГ