время на земле одежду. Широко разведя Олины колени и придерживая ее за бедра, он сел перед ней и начал трахать. Затем закинул ее ножки себе на плечи. Моя жена, по всей видимости, уже была совсем пьяна и не высказывала никаких претензий.
На меня давно перестали обращать внимания. И мне даже удалось каким-то образом выплюнуть кляп изо рта. Судорожно продышавшись, и несколько раз с трудом сглотнув в пересохшем горле, я молчал... Кричать было абсолютно бесполезно. Вокруг - ни души. Я же сам выбрал это место. Вмешиваться в происходящее я тоже не стал... Почему? А какой теперь смысл? Рук и ног я не чувствую совсем. Руганью и угрозами добиваться чего-либо было уже поздно. Мою жену уже поимели как хотели. А то что я наблюдал сейчас... это, видимо, уже была завершающая фаза веселья. Тем более, что моя бедная жена уже не отдавала себе отчет в происходящем. И окрикнув ее, я бы только сделал нам хуже. Поэтому мне осталось только наблюдать... И жалеть, что все происходящее все-таки не кошмарный сон, как мне временами казалось.
А Оленька, лежала на спине с закрытыми глазами и ее руки уже не были сжаты в кулачки, как это было сначала... нет! Они лежали на бедрах молодого ублюдка, который трахал ее. И должен был заметить, она была прекрасна...
Теперь, когда в ее поведении не было страха и волнения, она стала похожа на ту, мою любимую, которую я так хорошо знал. Эта женщина всегда была создана для секса! Она любила заниматься любовью, что и демонстрировала сейчас, пусть даже и не отдавая себе в этом отчета. Кирюха тоже не оценил, то как она вела себя с ним - слишком был пьян, как и все вокруг. Олины точеные ножки лежали на его плечах все в тех же полусапожках, которые она так и не сняла. Оля чуть сцепила их за шеей молодого насильника и оперевшись на его плечи, приподняла свою попку так, чтобы быть на одном уровне с членом, который вгоняли в ее тело. Ее божественная грудь, даже когда Оля лежала на спине, практически не теряла своей упругой формы. И от каждого толчка молодого самца эти два правильных полушария вздрагивали и манили к себе... Руки Оли сами, непроизвольно переместились на ягодицы Кирюхи и она сжимая пальчики, коготками побуждала его вогнать свой член в нее сильнее и сильнее. Я смотрел на свою молодую жену и страшно ревновал. Я понимал, что сказывается большое количество алкоголя... стресс... страх... что Оля никогда бы не позволила себе такого в другой ситуации. И все равно ревновал. Она была красива. И она отдавалась другому...
Но похоже, все это великолепие видел и замечал только я, потому что внезапно Кирюха недовольно сбросил со своих плеч Олины ножки и встал, не замечая что моя жена чуть не кончила повторно за день.
— Сука, — заплетающимся языком пробормотал он. — Дыра как у бляди.
— Да она и есть блять... че ты? — удивился Паха.
— Кончить не могу...
— Ну трахни в жопу.... там узко... — пожал плечами Молдаванин.
— В жопу? Я чо педик?
— Дурак ты, а не педик, — сплюнул Молдаванин. — Ты же не мужика ебать будешь...
— Давай! — поддержал затею Паха. — Я тоже попробую.
— Не... Я не могу... — Кирюха был откровенно смущен.
— Пф, — Паха пошатываясь встал, попутно чуть не уронив нехитрую закуску с импровизированного стола и нетвердой походкой пошел к костру.
Оля тем временем даже не поменяла позы. Она все еще тяжело дышала и с закрытыми глазами
не жеребец