расслабленную моську, я продолжил скользит в ней. Чувствую, что скоро и сам приплыву. Давно что-то дам своих не навещал, а тут девчонки перед глазами молодые. Почему-то вспомнилось как будил утром Дашку. Ну нет, тут и без неё есть соблазнительные.
А тем временем Юля снова начала свою «песню песней». А я уже почти на финишной прямой. Успеет она? Попробуем помочь. Изогнувшись, начал целовать ей шею и по сразу появившейся дрожи понял – получится. Ну а тогда...
– ООООО! – выдохнул я в плечо Юльке, совершая последние резкие толчки внутри.
– Ааааа! – вторила мне она, обхватив меня руками и ногами.
– Юля, ты просто невероятная! – от всей души признался я девушке, глядя на её раскрасневшееся от удовольствия лицо.
Откатился набок, положив руку Юле на бедро. Ух, теперь передохнуть какое-то время...И можно повторить, пожалуй. Если будет у Юли желание.
На грудь мне легла нежная рука, а горячее бедро накрыло низ живота. Повернув голову, увидел сияющее Юлькино лицо.
– Ты самый лучший, – довольно сказала она. – Ты просто не представляешь – как мне сейчас хорошо.
– Не представляю, – честно ответил я, улыбаясь. – Могу только догадываться. Четыре раза – это сильно, Юль. Я такого никогда не видел.
Смутившись, она уткнулась лицом в меня. Потом снова глянула.
– Теперь понимаю, почему ты Даше так понравилась, – сказал я. – Такая девушка – это настоящий подарок.
– Да-да, так и будешь теперь – Андрей Викторович, а давайте вы меня того...чик-чик немножко, – развеселился я.
Мы оба засмеялись. Поболтали ещё немного и уснули.
– Подъём! – раздалось над ухом громкое. – Всё проспите!
– Дашка, что тебе не спится ни свет, ни заря? – недовольно проворчал я, щурясь и протирая глаза.
– Ты на часы смотрел? – картинно возмутилась дочь. – Половина одиннадцатого, так-то!
– Ого! – я сел, недоверчиво глядя на неё. – Вот это я храпанул...мы, то есть.
Проснувшаяся Юля тоже попыталась сесть, но, обнаружив отсутствие одежды, ойкнула и подтянула одеяло повыше. Дашка хмыкнула и подала ей пеньюар. Юля торопливо облачилась в него и сказала:
– А где?..
– Потом получишь, – категорически заявила Дашка, пряча Юлькины трусики за спиной. – Есть ма-а-аленький разговорчик. Да и кому-то тоже не мешало бы штаны натянуть!
– Разговорчики! – сделав строгое лицо, ответил я, ухмыляясь и дотягиваясь до трусов. – Разрешаю покинуть помещение!
Девчонки ушли, а я оделся и пошёл на кухню умываться, потому что ванную оккупировали, слышно было по звукам. Вот не иначе – пытает сейчас Дашка свою пассию на предмет того «как всё прошло». Ну и пусть пытает, вроде всё хорошо пока.
К позднему завтраку никого звать не пришлось, Даша и Юля пришли сами. Постоянно хихикали и поглядывали на меня. Я дежурно улыбался, но решил тоже поучаствовать:
– Чему радуемся, девицы-красавицы?
– Да так... – туманно ответила Дашка, отведя взгляд в сторону, и тут же, не выдержав, прыснула. – Обсуждали ваши ночные шумелки, папа!
– Даш!.. – попыталась остановить её Юля, покраснев.
– А чего? – не унималась дочь. – Я, может, из-за вас полночи уснуть не могла! Ну раз, думаю, ну два...Но когда четыре! ЧЕТЫРЕ! – театрально возопила она, указывая на меня и Юльку обличительным жестом. – Сладострастцы!
Тут уже я не выдержал и расхохотался. Следом заржала Дашка и даже Юля, закрывшая от смущения лицо руками, вынуждена была присоединиться.
– Это всего лишь означает, что кое-кто подслушивал ночью, – сказал я, когда смех утих. – И, подозреваю, не просто так подслушивал. А с весьма порнографическими целями, навроде самоублажения.
Отдых после учебы