Алина молчала несколько секунд, а затем медленно откинулась на подушку, раздвигая ноги. Максим знал, о чем думает жена. Она боялась, что он почувствует запах чужого члена, вкус спермы, которая осталась внутри нее. Именно это и заводило Макса до безумия.
Он сполз вниз по кровати и оказался между женских ног. Запах ударил в нос — терпкий, влажный, с явным оттенком мужской спермы, смешанный с вагинальными соками. Это был запах измены, запах чужого мужчины, оставшийся в его жене. Максим глубоко вздохнул, чувствуя, как его член пульсирует от одного только аромата выебанной дырки.
Алина замерла, ожидая реакции мужа. Он медленно провел языком по ее влажным, горячим половым губам, собирая влагу. Вкус был сложным, терпким, солоноватым — вкус секса, смешанный с потом и мочой. Максим почувствовал, как супруга вздрогнула, и ее бедра чуть сжались.
— Ооо... — выдохнула она, и ее рука легла мужу на голову.
Максим начал вылизывать медленно, методично, проводя языком от влажной, пульсирующей дырочки вверх, к клитору, и обратно. Он чувствовал, как женское тело отвечает на каждое движение — как бедра начинают двигаться, а влагалище сжимается, выделяя все больше смазки. Парень лизал, глубоко проникая, вводя язык внутрь и облизывая влажные, складчатые стенки, собирая остатки чужой спермы. Вкус был интенсивным, почти острым, и Максим с жадностью всасывал его, представляя, как Евгений кончал в нее несколько часов назад.
Алина громко застонала, и ее пальцы впились в волосы мужа.
— О, да... Да, Максим... Как же хорошо, — прошептала она, и ее бедра начали ритмично двигаться ему навстречу. — Еще... Не останавливайся...
Максим продолжал, но теперь он чувствовал, что молодое тело наливается напряжением, что дыхание супруги учащается, и приближается ее оргазм. Девушка уже дрожала, почти кричала, и Макс знал, что еще минута — и она кончит.
Но он не дал ей сделать этого.
Парень резко остановился, оторвавшись от возбужденного влагалища, и лег обратно на подушку, притворно зевнув.
— Алин, прости, — сонно сказал он. — Я... я, кажется, сейчас отключусь. Такой день... такой утомительный. Ты не против?
Алина застыла, и Максим физически почувствовал, исходящие от жены волны недоумения, ярости и разочарования. Ее дыхание все еще было частым, клитор пульсировал от возбуждения, а влагалище было мокрым и горячим, готовым вот-вот разродиться бурным оргазмом.
Но муж просто закрыл глаза и притворился спящим.
Девушка потрясла его за плечо.
— Максим! — прошептала она. — Ты не можешь... ты не можешь просто так остановиться! Я же почти...
Он не ответил. Парень сделал свое дыхание ровным, глубоким, как у спящего человека. Алина потрясла супруга еще раз, но он не шелохнулся.
Алина замерла. В спальне воцарилась тишина, нарушаемая только мерным посапыванием парня и ее собственным тяжелым, прерывистым дыханием. Девушка лежала на спине, ее тело горело от желания, а каждый нерв был натянут до предела. Она была возбуждена так, как не была, наверное, никогда — препарат, выпитое вино и то, что только что сделал Максим, довели Алину до грани безумия.
Макс лежал неподвижно и чувствовал каждое движение супруги. Он слышал, как она тихо вздыхает, как беспокойно ворочается, как ее рука скользит между ног, чтобы продолжить то, что он не закончил.
Но уже через минуту Алена вдруг замерла.
Ей было мало своих пальцев.
Девушка хотела мужчину.
Настоящего, сильного, который бы не остановился в самый ответственный момент.
Алина села на кровати. Лунный свет упал на ее обнаженную грудь, на мокрые, блестящие бедра. Девушка посмотрела на "спящего" Максима, и в ее глазах мелькнул целый калейдоскоп чувств — разочарование, гнев, и, наконец, решимость.
Она медленно, бесшумно встала с кровати, накинула на себя
Сначала не хотел ехать-2