халат, который висел на спинке стула, и, не завязывая его, тихо выскользнула из спальни.
Максим открыл глаза. Его член стоял колом, пульсируя в такт бешеному сердцебиению. Парень подождал несколько секунд, пока шаги в коридоре не стихли, а затемподнялся с кровати и, крадучись, как тень, последовал за женой.
***
В гостиной горел только ночник, отбрасывая мягкий, желтоватый свет на диван, на котором лежал Евгений. Он был раздет по пояс, его мощная, рельефная грудь блестела в полумраке, а джинсы были расстегнуты, и уже твердый, тяжелый и пульсирующий огромный член возвышался над животом.
Мужчина явно ждал хозяйку.
Алина вошла в комнату, и халат распахнулся, открывая ее обнаженное тело. Девушка не произнесла ни слова — просто подошла к дивану, сбросила халат на пол и опустилась на колени перед Евгением. Максим видел это из-за угла, и его дыхание перехватило от возмутительно-возбуждающего вида.
Алина взяла член Евгения в обе руки, и с жадным, почти болезненным стоном начала его сосать. Девушка уже не притворялась, не играла роль скромной жены. Ее движения были яростными, жадными, она брала крупный пенис глубоко в рот, до самых яиц, ее голова двигалась ритмично, быстро, и из горла вырывались влажные, чавкающие звуки.
— Да, детка, — прошептал гость, когда его рука легла хозяйке на затылок. — Понравился мой хуй? Я знал, что ты придешь. Ты вся мокрая, да? Твой муж не смог тебя удовлетворить?
Алина оторвалась от члена на мгновение, чтобы перевести дыхание. Низ ее лица был влажным от слюны и предъэякулята, а глаза горели лихорадочным огнем.
— Да, — выдохнула она. — Он заснул. А я хочу. Я хочу тебя. Я хочу, чтобы ты меня трахнул, как... как шлюху.
— Ты и есть шлюха, — сказал Евгений низким и грубым голосом. — Разве нет? Ты пришла ко мне ночью, голая, с мокрой пиздой, готовая подставить дырку под член. Ты не примерная жена, ты — моя сучка на эту ночь.
Алина застонала в ответ, и ее тело содрогнулось от грубых слов.
Максим понял, что жене это нравилось.
Нравилось, когда ее обзывали, когда с ней говорили грязно и грубо, когда ее использовали, как дешевую подстилку.
— Да, я — твоя сучка, — прошептала Алина. — Трахни меня. Пожалуйста, трахни меня сильно.
Евгений поднялся с дивана, подхватил девушку и с силой развернул, ставя на четвереньки на пол. Ковер был мягким, и Алина послушно опустилась на колени. Ее круглая и упругая попка оказалась выставленной перед мужчиной, а влажная и уже готовая писька зудела до невозможности.
Гость не стал ждать особого приглашения. Он взял свой член, направил залупу к возбужденному влагалищу и одним мощным, резким движением вогнал крепкий писюн в похотливую дырку на всю длину.
Алина закричала — громко и пронзительно, смешивая боль и наслаждение в одном звуке. О том, что подобный крик может пробудить спящего с соседней комнате мужа, девушка совершенно позабыла.
— О, да, господи, да! — кричала она, когда ее молодое тело выгнулось дугой. — Вбивай! Вбивай в меня свой хуй, не останавливайся!
Евгений начал трахать супругу Макса с яростной, животной энергией. Его бедра с силой бились о ее ягодицы, раздавались громкие, влажные шлепки, которые эхом разносились по комнате. Он вбивал свой член в ее влагалище глубоко и сильно, до самых яиц, и Алина подавалась ему навстречу, ее тело двигалось в такт грубым толчкам.
— Да, да, да! — стонала девушка, и ее пальцы скребли по полу, сжимая ворс ковра. — Трахай меня, как шлюху! Я твоя! Твоя шлюха!
Максим, стоящий в коридоре, смотрел на это и уже не мог сдерживаться. Парень спустил свои трусы,
изнасилование на массажном столе