Лежа на крыше веранды, наблюдал, как в соседнем дворе Нинка развешивала белье. всякие мелочи женского туалета. Видимо,она постирала все, что можно и потому была без трусов. Дотягиваясь до веревки, она вставала на цыпочки и ее платье приподнималось. И так коротенькое, из него она давно уж выросла, поднимаясь, оно обнажало Нинкину попу. Попа была просто замечательная. По крайней мере на вкус четырнадцати летнего подростка. Нинка знала, что я подглядываю за ней. Она, стерва, и так травила мне душу. Постоянно правоцировала меня. То, гуляя по двору и чем-то занимаясь, задирала подол и, вроде как не замечая моих горящих глаз, почесывала свою письку. То наклонялась так, что ее задница оголялась. И еще Нинка редко носила трусы. Так что я, после ее променада, бежал за угол и яростно дрочил. Она провожала меня понимающим взглядом, но свои упражнения не прекращала. Вот и сейчас, прекрасно понимая, что все ее прелести доступны моему взору, повернулась и теперь уже платьице, задираясь, открывало Нинкин лобок, с темной порослью. У меня дыхание перехватило. Прямо хоть тут же на крыше дрочи. А она поворачивается и так, и эдак. Напоследок, повесив последнюю тряпочку, приподняла подол почти до пояса, крутнулась, показала мне язык и пошла домой, одергивая платье. Ух, стерва! И за что мне такая кара? Слетел с крыши, спрятался за сараем и достал дымящийся писюн. Привычно обхватив его руками, начал яростно теребить головку, гонять рукой по стволу, добиваясь семяизвержения. И когда был готов кончить, что-то привлекло мое внимание. Совсем рядом стояла Нинка и с интересом наблюдала за моими действиями. Не в силах остановиться, хрипло попросил ее- Письку покажи! Недоуменно пожала плечиками, но подол приподняла и даже слегка расставила ноги, выгнула животик: на, смотри, мне не жалко. И я разрядился. струйки молофьи полетели в траву. Какое блаженство! Нинка, дождавшись окончания извержения, невинно спросила - И часто ты так? Ну в смысле дрочишь? Сколько раз в день? Раз уж так произошло, что дрочил на глазах у соседской девченки, да еще кончил с ее помощью, сказал, что когда как. иногда и по три-четыре раза. Особенно когда Нинка покрутит голой задницей. А она спрашивает, кокетливо одергивая платьице - Неужели я такая красивая и возбуждаю тебя как женщина? - Ты, Нинка, каких поискать. И задница у тебя красивая. И писька вон тоже. Нинка поправила - Не задница, а попа. У женщин задницы, а у девочек попы. И писька не так называется. У тетенек пизда, а у меня влагалище. С трудом произнеся новое слово, Нинка горделиво приосанилась. Знай, мол, наших! И тогда я спросил, дрочит ли Нинка. И вновь меня поправила соседка - Не дрочу, а занимаюсь мастурбацией. Тоже когда как. Ты думаешь, я раньше не видела, как ты это делаешь? Откуда бы узнала, где ты прячешься? И тогда мне тоже хочется. - А давай вместе дрочит, то есть мастурбацией заниматься. И Нинка согласилась, подумав совсем немного. И даже предложила место на ихнем чердаке, где у нее был свой уголок и куда мать разрешала прятаться и играть. Нинка сказала, что как только мать уйдет на ферму, она позовет меня. После обеда, когда мать пошла на работу, Нинка, выйдя на крылечко, махнула мне рукой и по лестнице полезла на чердак. С такой скоростью я еще не слетал с крыши. Нинка еще не успела забраться наверх, а я уже
Знакомство с Димой