Тело валялось на кровати, глаза сверлили белёный потолок.
Он не знал, зачем она взяла флешку. Он не знал, видела ли она... открыла ли его коллекцию. Может, она не поддалась любопытству? Маловероятный исход. Он хорошо знал, что её маленький, вздёрнутый нос донельзя любопытен.
В тайне, в первую очередь от самого себя, он хотел, чтобы она увидела. Он мог легко избежать раскрытия. Достаточно спрятать всё в архив и зашить его случайным паролем. Он даже думал об этом, но ничего не делал, надеясь, что ей не будет нужды трогать его флешку. Все его фантазии свободно хранились в маленьком пластиковом коробке.
Время от времени, проверяя её Инстаграм, он отмечал наиболее удачные фото, долго и упорно пропуская их сквозь нейросети, подбирая наиболее точный промпт. Многое летело в корзину, прежде чем получался удобоваримый результат. Страшно подчитать, сколько денег и времени он потратил. Пришлось сильно постараться, чтобы нейросеть не путала её волосы, не меняла пропорций лица и тела, не забывала о родинке на тонкой шее. Но в конце концов, старания окупились. Нет дня, чтобы он не любовался своей коллекцией, рассматривая её с головы до пят.
Спустя сотни тысяч генераций у него вышел десяток самых разнообразных поз и ситуаций. Где и как она только не была. Чего только не было в её рту и в других местах. Что только не делали её руки... Но он не генерировал себя или кого-то ещё. Каждое изображение отражало её одну. Добавление в кадр ещё кого-то казалось ему омерзительным.
Он видел, как она стоит на коленях, в его комнате, на ковре у кровати. Свет от монитора падает сбоку. Каштановые волосы растрёпаны, несколько прядей прилипли ко лбу и вискам. Глаза лениво щурятся, взгляд мутный, пьяный. Рот широко раскрыт: губы растянуты. Слюна тянется длинными, вязкими нитями от нижней губы к подбородку, капает на маленькую острую грудь. Соски твёрдые, тёмно-розовые. Её правая рука между ног: два пальца глубоко внутри, третий прижат к ярко блестящему клитору. По внутренней стороне бедра мигают капли.
Он почувствовал, как член тяжелеет, давит на ткань. Страх и возбуждение сплелись в тугой узел над сердцем. Если она смотрела... Чувствует ли она тоже, что он? Возбудили ли её его фантазии? Хоть немного... Мысль, что она видит, что её глаза плывут по изгибам... Смотрят в собственное лицо, искажённое его представлениями о желании.
Он сел на кровати, провёл рукой по волосам.
Разве то, что он делал, так уж плохо? Он никому не показывал этих изображений. Не делился, держал только для себя. Никто не пострадал и не пострадает. Это было ему нужно. Иначе он давно уже напал бы на неё и взял силой. Глупые оправдания меньшего большим...
2
Она не собиралась рыться в его вещах. Правда, не собиралась.
Флешка будто специально легла под руку.
«Может, там что-то интересное?» — мелькнула озорная мысль.
В последнее время он стал странно дёргаться, когда она появлялась перед ним, и быстро закрывать или сворачивать вкладки браузера и папок, стоило ей зайти в комнату. Однажды она точно видела, как он почти панически выдернул флешку, стоило ей появиться в дверях.
Аня села за его стол. На столе привычный беспорядок. Повертела флешку между пальцев. Сердце стучало быстрее обычного.
Не надо. Это личное...
Она знала, что не должна. Знала, что если увидит что-то личное, потом будет стыдно. Но любопытство уже разгорелось, как спичка. Кто отказался бы порыться в белье ближнего? Она не могла себе отказать в этом.
Она откинулась на стуле, закусила нижнюю губу. Ноги сами собой сжались. Она вспомнила, как пару недель назад всё же смогла случайно заглянуть через его плечо... то,
Глава 1. Тетрадь Наташи