Я слышу, как на улице прекращается дождь, начавшийся часа два назад и с тех пор то затихавший, то заряжавший с новой силой, барабаня по крыше веранды — этого из комнаты мне правда не слышно, — слышу, как за окном, разместившись где-то в глубине пышных кустов, потихоньку начинают щебетать птички, как откуда-то со стороны соседского дома по новой начинают доноситься звуки ремонта — хозяин, точнее нанятая им бригада, строит очередную пристройку к некогда, как мне видится, относительно скромному дому. Выходит, новой порции дождя не предвидится. Может, в широкое окно второго этажа, выходящее во двор, даже виднеется разогнавшее тучи прочь солнышко, но этого мне не видно. На глазах у меня чёрная маска — почти что такая, как используют для сна, вот только более широкая, не съезжающая на лоб при активном движении головой, и на затылке застёгивающаяся при помощи тоненького ремешка, а не держащаяся на всегда кажущейся ненадёжной резинке.
В этом доме я… можно сказать, в гостях. Хотя, бывая тут далеко не первый раз за без малого год, я уже и сама начинаю сомневаться, что я тут в гостях, а не на работе. Особенно учитывая специфику своего здесь нахождения.
Это вполне себе большое по площади помещение — рабочий кабинет нашего местного авторитета, Буйвола. На дворе цивилизация, развивающееся общество и идущая уверенными шагами наука, жизнь по закону… но всё это где-то далеко, за пределами нашего небольшого города и даже области. В нашем Кровинске время застыло где-то в девяностых. Тут процветает власть братвы, «крыша» устанавливает «налоговую ставку» каждой веточке бизнеса и понятия стоят выше закона. И никто, абсолютно никто не может изменить всего этого. Одни сбегают поближе к закону и цивилизации, другие — и их большинство — продолжают жить в городке, кто мечтая, что когда-нибудь будет всё по-другому, кто и вовсе ни на что не надеясь и просто предпочитая жить изо дня в день.
Я сижу в кабинете Буйвола… не на стуле. Конечно же, нет. Кажется, мне и вовсе не доводилось сидеть на стуле в его кабинете — всё как-то на столе, на кожаном диване… да и то в иных позах. Я сижу на полу с «повязкой для сна» на глазах, на коленях разместившись возле кожаного дивана, и старательно посасываю член кровинского авторитета да вылизываю его волосатые яйца. Волоски то и дело прилипают к языку, но мне нет никакого резона возмущаться — всё равно ничего не изменится, только чего доброго прилетит по лицу или по голой груди.
— Молодец, Сусанка, — выпрямившись на диване, треплет меня по голове Буйвол. Он стягивает с моей головы «маску для сна» и, не глядя даже, отбрасывает её в сторону — прилетает она правда ровно на его внушительный стол, приземляясь аккурат возле моей одежды — форменной юбки и светло-голубой рубашки с лейтенантскими звёздами на погонах. Следачка и криминальный авторитет… совсем как в каком-нибудь второсортном фильмеце, смешавшим в себе мелодраму, боевик, а заодно и элементы сказки. Вот только последнее — не точно, в моей-то жизни судьба-злодейка сделала такой «сюжетный поворот». Буйвол поднимается на ноги, натягивая брюки, измеряет расстояние до своего стола и, подхватив пиджак, направляется к двери.
— Продолжим позже. Хочешь — можешь перекусить, где кухня — знаешь. Но не пропадай, искать тебя по всему дому я не собираюсь. Иначе ничего не получишь сегодня.
Не поднимаясь на ноги и не отводя от хозяина дома глаз, я послушно киваю ему в от. Знаю абсолютно точно — он не говорит просто так, все его слова нужно воспринимать всерьёз. Если
Милые мальчик и девочка