Вале нужен был повод, чтоб освежить память после корпоратива, она была на "наркотике похоти после встречи " предлог был найден идеально. Валя, с наигранным раздражением, пожаловалась мужу, что оставила у Никиты папку со старыми отчетами, которые срочно нужны для архивации в выходные.
— Он живет в паре киллометров, мы можем заехать сейчас? Я быстро, — сказала она, глядя на мужа умоляющими глазами. — Это же Никита. Ты же его знаешь.
Муж, уже привыкший к образу «безопасного программиста», буркнул что-то под нос и согласился. Он припарковался у подъезда, достал телефон. «Давай, только быстро», — бросил он, погружаясь в ленту новостей.
Валя вышла из машины, ее сердце колотилось так, будто хотело вырваться из груди. Каждый шаг по лестнице отдавался эхом в тишине подъезда. Она еще не успела позвонить, как дверь открылась. Никита стоял на пороге. Он был в простых тренировочных штанах и футболке, его взгляд был темным и сосредоточенным.
Он молча отступил, пропуская ее в прихожую. Дверь закрылась с глухим щелчком.
— Ну? — тихо спросил он, не двигаясь с места. — Папка?
Она замерла, понимая, что это ловушка. Она знала, зачем пришла на самом деле.
— Нет, — выдохнула она.
Он медленно подошел к ней, вплотную, загораживая собой всю прихожую. Его пальцы схватили ее за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.
— Твой муж. Внизу. В машине. Верно?
Она кивнула, не в силах вымолвить слово.
— Прекрасно, — его губы искривились в усмешке. — Идеальные условия для урока. Сегодня выучим новое слово. «Отсоси».
Валя почувствовала, как по ее спине пробежал ледяной озноб, смешанный с волной горячего стыда. Это слово было еще грубее, еще унизительнее.
— Скажи это, — приказал он, его голос был низким и властным.
— От... отсоси, — прошептала она, и губы ее задрожали.
— Не слышу.
— Отсоси! — вырвалось у нее громче, отчаяннее.
Одним движением он прижал ее к стене в прихожей, его тело придавило ее. Звук молнии прозвучал как выстрел.
— Теперь покажи, как ты его выучила, — прошептал он ей на ухо. — И помни, он ждет тебя внизу. Каждая секунда — это игра с огнем.
И она опустилась на колени на холодный паркет прихожей. Ее сознание раздвоилось. Одна часть с ужасом думала о муже, сидящем в машине под окнами, который может в любой момент позвонить или, что хуже, пойти искать ее. Другая часть — та, что уже была сломана и перепрограммирована, — целиком отдавалась моменту, каждым нервом ощущая порочное возбуждение от риска и унижения.
Он наблюдал за ней сверху, его дыхание оставалось ровным, но в глазах бушевал огонь.Валя медленно языком прошлась вдоль всего члена, медленно опустилась все ниже и ниже (ей никогда не приходилось так низко опускаться при оральных ласках с мужем), но вдруг щелчок в голову, нужно "сосать". Она начала быстрым движением наращивать темп сжимая плоть и головку амебой и губами... Вдруг его сдержанность сорвалась. Словно щелчок выключателя. Грубо, почти отталкивая, он поднял ее с колен и, не говоря ни слова, поволок в спальню. Папка, отчеты, муж внизу — все это перестало иметь значение. Ему было мало ее покорности у порога. Ему нужно было больше.
На кровати не было ни ласк, ни прелюдий. Это было жесткое, безоговорочное утверждение власти. И вот тут, в полумраке комнаты, он остановился.
— Теперь следующий урок, — его голос был хриплым. — Я хочу слышать тебя. Ты всегда была слишком тихой. Сейчас ты будешь громкой. Кричи. Я хочу, чтобы ты кричала от того, что я делаю с тобой.
Она попыталась сдержаться, закусив губу. Привычка многих лет брала
Порочный круг (Части 1 - 3)